Царетворец. Волчий пастырь

А любой варгарианец, как известно каждому европейцу и римлянину, перед тем как попробовать молоко матери, сначала пьет кровь своих врагов, ну или хотя бы невинных младенцев, опционально. Пьет сразу после адского пламени, конечно же – сначала пламя, потом кровь и мясо врагов, и только потом материнское молоко – и то материнское молоко можно заменить на молоко лютых волчиц.

Маятник эмоций трибун, кстати, продолжал качаться – гомон в зале вдруг снова смолк, как отрезало. Вот только в этот раз маятник не я качнул: все взгляды устремились на юную главу Великого Дома Альба, которая поднялась с места.

Алисия замерла на месте, глядя на меня сверху вниз. Если она сейчас развернется и уйдет, это будет очередной плевок на мою репутацию. Жест крайнего презрения – доступный по статусу только индигетам Великих Домов: прервать церемонию правосудия или ранним уходом, или спуском на арену к дуэлянту.

Возможность выразить презрение или почтение.

Что ж, после того как Десмонд, пользуясь заемной силой сената, словно стервятник рвал владения ее ослабевшей фамилии, после того как я унизил ее на закрытом приеме… Поступок Алисии с уходом заранее я могу прекрасно понять.

Алисия между тем направилась по проходу трибун в сторону лестницы, ведущей к парадному выходу – к той самой лестнице, по которой совсем недавно мы спускались на арену вместе с Воронцовым и Агиларом.

М-да – смотрел я на идущую между скамей трибун невысокую и хрупкую девушку в окружении телохранителей. Уход Алисии – это неприятно, больно, оскорбительно, несет мне явные трудности, но… я предполагал, что легко не будет.

Тем более после того, как этот ублюдок Кайден унизил ее прилюдно. Так что наказание демонстративным презрением от юной Альба я воспринимал даже стоически. У христиан, по-моему, подобное называется епитимья.

Вот зачем сегодня Алисия посетила дуэль: тот, кто из зала правосудия отправился на Границу, но при этом оказался отмечен презрением Великого Дома, на месте службы гарантированно подвергался обструкции.

И то, что я поединок выиграл, а Великий Дом Альба сейчас крайне слабый, даже марионеточный, роль вряд ли сыграет: на местах службы я теперь буду как прокаженный, объектом всеобщего предвзятого отношения, насмешек и презрения.

Глядя на уходящую Алисию, я видел только один вариант: отдать два года жизни службой в Легионе демонов. Судя по улыбчивому оскалу их посланника, проблем в Legio Rapax от жеста презрения герцогини никаких у меня не будет.