Ничтожный

Их пристроили кого куда, а младшего как-то не срослось. В семье он тоже натерпелся осуждения, вот и слонялся по трущобам, словно сирота. К Отщепенцам не взяли, хотя он как раз им под стать. Гаврыла долго пытал друга, что за причина такая, потом Орлёнок что-то шепнул ему на ухо, Гаврыла весь покраснел, да и остался с ртом открытым. Борису же дела до тех причин не было.

Отличительной чертой Орлёнка было знание всех возможных лазов, дорог, прорех. Чего не спроси — ответит, а если поддеть, мол, а чего там делал, воровал, поди, то он тут же замотает головой и честным словом подкрепит.

Срослись ребята тоже сами собой. Вот и дежурили в бараке Моха, дожидаясь, когда дружок очнётся.

Лекарь ничего про тяжесть травм не говорил. Просто гонял ребят то за водой родниковой, то за травами, то грибы просил принести с нижних шахтных ярусов. Орлёнок так забегался, что едва сунув в морщинистые руки розовые шляпки, тут же бухнулся спать: чумазый, с ссадинами и разбитой губой. Оказалось, упал на натёчной скользине.

Гаврыла приходил раз в день и помогал Моху ухаживать за мятежно дышащим Борисом. У того был жар и пару раз начинался бред. Лекарские настойки глотал исправно и потому друзьям казалось, что дело идёт к исцелению. На самом же деле Борису досталось настолько крепко, что сгинул бы, да помешало чудо, о коем он узнает намного позже.

Очнулся на третий день ближе к вечеру. Слабый, что едва родившийся жеребёнок. Хотел с лежанки подняться, да только простонал и с трудом ухватился за болящий бок.

— Шило в гузно колит тебе? — рявкнул Мох. — Лежи как лежал.

Борис только прохрипел, силясь что-то сказать.

— Дарова, — осклабился Гаврыла, — есть хочешь? У меня картоха есть.

— Сгинь во тьму, колобок! — зыркнул Мох, на миг отвернувшись от стола со склянками, банками и прочем непонятным инвентарём. — У него от твоей картошки живот свернётся, и подохнет Борька. Бульон на мясе нужен.

— Всё сошмякано, дяденька, — развёл руками Гаврыла.

— У меня тож нету, — оповестил на всякий случай Орлёнок, хотя и так всем понятно, что нечего с него брать.

— Сами выкручивайтесь, — категорически отозвался Мох и снова отвернулся к столу.

Друзья переглянулись, а Борис успел заснуть, потому не услышал предложения Орлёнка. Немного поколебавшись, Гаврыла согласился, что сейчас это лучший вариант и они вдвоём помчались добывать мясо.

Уже скоро вернулись довольные, гыгыкая от своей затеи. Каждый в руках держал по здоровенной пещерной крысе.