Ничтожный

Борис уже принял решение, как будет воспринимать зов и менять мнение не собирался.

В изобильной лаборатории нашлась тёплая одежда и для друзей. Это позволило им сидеть на стене подольше. Каждый такой раз невообразимо ободрял Бориса. Нервозность уходила, возвращалась уверенность в себе, а когда спускались обратно на склад — он засыпал сном младенца и даже улыбался во сне. Это ему с ехидными смешками сообщили друзья и потому Борис счёл слова выдумкой.

Вячко торжествовал — его план удался. Информатор рассказал даже больше, чем предполагалось.

Это пуще прежнего раззадорило Вячко. Всё же, проиграть из-за нелепой случайности для его гордости было бы меньшим ударом, чем равному. Точнее так — Борис априори не равен Вячко, так как принадлежит к простолюдинам, но он силён как боец и теперь обязательно необходимо отыграться. Никто в трущобах даже думать не должен, что может справиться с кем-то из благородных — даже с просто Посвящённым.

Борис не простой боец, а частый победитель подпольных турниров. Они проходят регулярно, и если Вячко получится попасть хотя бы на один, то есть шанс повстречать Бориса. Свершение мести, вдруг, замаячило перед Вячко совсем близко.

Информатор, правда, уточнил, что Борис сильно травмирован и вряд ли станет участвовать в ближайших турнирах. Всучив информатору плату за этот раз, Вячко потребовал разузнать точно, когда заявят Бориса. Денег пришлось дать больше оговоренного, так как информатору досталось в трущобах и идти туда второй раз он отказывался.

Совершенно довольный собой, Вячко решил отправиться в клан Воздуха, чтобы наладить отношения с Анной, что не навещала его уже много дней. Благо ему уже разрешили покидать границы вотчины. День над Киевом выдался солнечный, пушистый снег сверкал и хрустел под ногами, где его ещё не успели счистить. Зимние гуляния уже кончились, но если Анна смягчится, то можно будет провести прекрасный променад по вотчине зефиров.

Панцирь для Бориса принесли в день турнира. Он оказался пошит не в размер. Иначе говоря, даже без модернизации Изобретателя надеть его не представлялось возможным.

Бориса это возмутило не сильно. Он и так понимал, что выступать придётся без защиты. Вместо ложных надежд, он хорошо выспался ночью, не забыв наведаться на Кром.