Ничтожный

Борис вложил всё в него и резко одёрнул руку, сбиваясь с комбинации — сломанные от удара кости прорвали кожу. Может быть, прийдись удар на костяшки среднего и указательных пальцев, то Борис бы и сдюжил. С отчаяньем он уставился на кисть, лишь мгновение позже вернув взгляд на противника.

Повезло! Вячко поплыл. Может быть Боги помогли, может духи Силы, но Борис спохватился и от всей души въехал ногой в живот. Огняк опрокинулся и с глухим ударом треснулся затылком о камень. Не веря в свою удачу, Борис понял, что тот лишился сознания.

Сейчас бы добить, но тогда знать растопчет незадачливого выходца из трущоб. Борис сдержался, чувствуя глубокую досаду.

Вячко Всемилович пришёл в себя быстро. Охочих помочь ему подняться нашлось много, в том числе друг-соклановец Домитр и девицы. Голова вначале сильно плыла, но благодаря Силе, сознание быстро прояснилось и он предстал перед собственным позором. Вячко взял неудержимый гнев. Вырвавшись из рук, он возопил:

— Где этот червяк?! Куда он ушёл? Ещё не всё!

Многие принялись успокаивать его и жалеть, что только усугубило чувство позора.

Кто-то пояснил, что его противника подхватили двое других трущобцев и увели прочь. Вячко хорошо понимал, что гоняться за ними дело бесплодное, даже если учесть, что главный из них ранен.

— Он сильно повредил руку, — скорее сообщил Домитр. — Только представь — сломал кости о твою челюсть. Да и кровью харкал.

— Но я проиграл!

Домитр отвёл взгляд. Девицы же не сдавались и наперебой взялись хвалить Вячко, мол, это и не проигрыш почти.

Публика принялась расходиться и на площади остались только огняки. Никого из старших или более опытных, к слабой радости Вячко, среди зрителей не было.

— Никому не говорите о бое! — велел Вячко.

— Мы-то не скажем, — смутился Домитр, — но дядя Всемил всё равно узнает. Ты сам это понимаешь.

— Что же мне делать?.. — едва не плача, вдруг выговорил Вячко.

— Говорила тебе Аннушка оставить этих оборванцев в покое, — отозвалась одна из девушек, как тут же вторая шикнула на неё.

Вячко распрямился, лицо перекосилось от злости и, вдруг, он отвесил оплеуху спутнице.

Она вскрикнула и почти тут же расплакалась, приникнув в объятья подруге.

— Заткнись! Слышишь?! Мало я дал этому червю, он у меня ещё получит.

— Я всё расскажу дяде Всемилу! — обернулась заплаканная девушка. — Он накажет тебя!

— Ах ты ж!.. — замахнулся Вячко, но был остановлен другом.

— Да охолонись ты! Хватит, всё уже! Сделанного не воротишь.

Вся компания вскоре поплелась к себе в вотчину.