Клык Дракона

Видимо, такие манипуляции помогали ему весьма слабо, поскольку елозить лапой по морде он с каждым мгновением начинал все упорней и сильнее, уже практически раздирая кожу здоровенными когтями. Еще немного, и зверь заскулил, а после и вовсе принялся чуть ли не выть в голос, продолжая пытаться расчесать морду. Стало ясно, что до нас этому монстру больше нет никакого дела – все его внимание теперь было поглощено попытками поковырять в собственном носу, что, ввиду полнейшей непригодности конечностей к сему занятию, оказалось просто невозможным.

Бер безуспешно драл морду, скулил, ныл, выл и пытался выразить свои недовольство и обиду на судьбу еще массой разных способов, когда на пригорке из-за невысоких кустов появилась знакомая рыжеволосая фигура. Ашаб махнул рукой, показывая нам, чтобы мы оставались на месте, а затем поднес ладони ко рту. Даже несмотря на довольно приличное расстояние, мне удалось рассмотреть в его руках какое устройство, похожее то ли на дудку, то ли на плевательную трубочку тропических индейцев.

После нескольких секунд манипуляций дудочка вспыхнула белым светом, на мгновение зажглись странные узоры, высеченные по всей поверхности этой причудливой цилиндрической штуковины – как только смог разглядеть из такой дали? – а затем от ее кончика отделился крохотный красный шарик, который, стремительно увеличиваясь в размерах, помчался к все еще не пришедшему в себя местному медведю.

Часть вторая.

6

У меня еще долго в ушах стоял тот оглушительный рев, что исторгло из своей глотки животное, когда огромный шар раскаленного пламени окутал его тушу, в течение нескольких ударов сердца превратив огромного сильного зверя в обгоревшее чучело, скрючившееся в остатках прелой листвы. Что примечательно, быстро отгорев, магический огонь не затронул больше практически ничего вокруг, кроме лишь тела животного, на которое и был направлен этот сокрушительный удар, да небольшого участка земли.

Должен признать, в тот момент я искренне уверовал в нереальную мощь магического искусства. Правда, несколько позднее, вслушиваясь в сетования Ашаба на фантастические траты, которые, якобы, понесла наша троица из-за необходимости применения артефакта такой мощи, несколько разочаровался – все же, когда любое волшебство вплотную завязано на вполне себе меркантильной стороне вопроса, всякое очарование магии пропадает.