Книга Третья. Владыка Страха.

Моя жизнь находилась под защитой магии, крови, благодаря которой, пускай и с риском, но я мог бы позволить себе этот переход, вот только подобная авантюра - дополнительный риск. Пленницу убить нельзя из-за данного мною обещания, в крайнем случае, можно было бы забрать часть её жизненных сил. Погоня отстала, что можно считать громадным везением, но нет никакой гарантии, что она не возобновиться. Мой разум чувствовал, что в столь плачевном состоянии, моё тело было бы способно сотворить особо мощную Темную Магию, однако это сразу отправит меня за грань.

В моих силах было забыть её, убить весь лагерь кроме неё, но похоже я слишком размяк только из-за встречи со своими соотечественниками, и стал склонен к глупостям.

                                     *** 

Сборы заняли целый день. Девушка собиралась достаточно быстро и даже соорудила некоторое подобие платья из выданного ей отреза. Теплая одежда так же высохла.

Подумав, я протянул девушке мазь, пахучую и похожую на болотную тину. Маша скривилась, едва ощутив запах этого состава.

  - Что это за гадость?

  - Репелет, от паразитов, местных хищников и многой другой гадости. Им нужно натереть свое тело, и тогда можно будет избежать многих неприятностей.

  - Я это не буду делать... Это отвратная вонючая гадость... И потом, не похоже чтобы ты ей пользовался! - Обращение на "ты" раздражало, но моего терпения пока хватало. Эта девушка нужна только для хорошего знакомства с другими людьми.

  - У меня есть магия, а у тебя нет. Так что либо страдай от всего, что водится в лесу, либо пользуйся мазью. Выбирать мазь никто не заставляет. - Девушка колебалась, слушая мои слова.

  - Можешь оставить меня одну?

  - Без проблем. - Я улыбнулся про себя. Конечно использования мази можно было бы избежать, поделившись магией в виде того же амулета. Но с какой радости? Пусть привыкает.

                                    ***

Тяжело вздохнув, Семён Геннадьевич Кузнецов растер громадные мешки под глазами, сделал небольшую разминку и сделал глоток родниковой воды. Последние два месяца были для старого терапевта настоящим адом. Из кампании подростков, которых его друзья собрали для приобщения к культурному отдыху, в живых осталось едва ли треть.