Лис и медведь (Кровь королей. Глава 10)

Впрочем, вследствие недавних событий, когда помирал каждый кучер королевской кареты, монарх мог опасаться дурных знамений и как раз поступить с точностью наоборот, детей отправив в карету супруги, а её забрав к себе.

Это можно было ещё пообсуждать, а пока было время, наконец-таки обнять их всех после долгой разлуки. Солнечный день, тёплое весеннее утро месяца Флоруса, намного более тёплого, чем минувший Виридис, по утрам пронизывавший караульных ранней прохладой, однако нападение гигантских птиц и небольшой катаклизм в этой зоне Гладшира вынуждал Джеймса Дайнера поторапливаться и не затягивать встречу, а поскорее двинуться в путь, дабы прибыть в Иридиум.

- Папа! Папа! – побежали к монарху радостные дети, когда тот, наконец, спрыгнул со своей крепкой бурой лошади, - Вельд! – радовались они и спешившемуся с такого же брабансона старшему брату, - Мы были у лорда Петейри, который разводит белых мышей! Такие милые! Их там столько! - рассказывали они о своей последней ночёвке в замке-лаборатории пожилого лекаря.

- Я думал Ленора будет их бояться, а они ей понравились, - делился негодованием Генри.

Первым Джеймс обнял среднего сына, схватив и покружив полным оборотом, после чего поставив на ноги почти в том же месте, где тот стоял, подбежав обниматься, и поцеловал в макушку чуть отросших за путешествие волос, после чего там же их и потрепал своей мужской крупной рукой, украшенной цветастыми перстнями.

- Постричь тебя пора, кудрявый, - улыбался монарх, хотя сам носил довольно длинную шевелюру каштанового оттенка, как и Вельд, в то время, как младшие дети все были довольно светленькими, как и их мать.

Ленора по сути вообще была в каком-то смысле её копией: светлые локоны да карий взор, однако черты лица у неё были совсем иные, скорее отцовские, с большее пухловатым округлым лицом, как и у Вельда, а вот Генрих как раз черепом походил на материнский лик. Хотя было в них что-то и от бабушки с дедушкой, от Сары Темплин да Гектора Дайнера, например у вельда лоб, брови и сам характер роста волос, пусть и коротко подстриженных в отличие от отца и деда, были как раз практически, как у последнего, в то время, как у Генри с Ленорой те росли скорее наподобие, как у Джеймса.

Выпустив сына из объятий, король схватил на руки десятилетнюю дочурку, удерживая её у правого плеча, прильнувшую к нему, обнявшую за шею и чмокнувшую в колючую щёку, в правой ручке сжимая плюшевую шарообразную белку-игрушку с агатовыми глазками.