Пробоина 2: Магия ответа

Они подошли как можно ближе к обвалу, скатившемуся вместе со мной.

Запряжённая в двойку карета стояла неподалёку. По сравнению с той полицейской повозкой это был просто шикарный лимузин.

Твою мать, доигрался, называется… Повинуясь порыву, я протёр перстенёк на пальце – пёрышко больше не горело. Жжёный псарь, и это Ловец Удачи?!

Лошади фыркали, а всадники на них осторожно смотрели на меня, боясь пускать животное по камням. Они то и дело вскидывали голову вверх, боясь ещё одного обвала.

– Господин Вепрев! Вам надо взглянуть! – громко крикнул один из них.

В карете вдруг распахнулась дверца, оттуда спрыгнул мужчина. Довольно молодой, с чёрными длинными волосами, связанными в хвост, и с выразительно длинным носом.

Тоже холёный, одним словом, в шикарном расшитом камзоле. Он быстро прошагал по траве до самых камней…

– Твою луну, Василий, – он поставил ногу в полированном кожаном сапоге на валун, вытащил портсигар, сверкнул пальцем по сигарете и закурил, – Ну, здравствуй, горе-братец.

Я машинально потянулся к карману за ножом, но тут всадники спрыгнули на землю.

– Столько времени прошло, Вася, а мозгов у тебя не прибавилось, – засмеялся носатый.

***

Я ехал в карете, связанный, и хмуро рассматривал своего якобы брата. Ну совершенно он непохож на Василия… ну, то есть, на меня. Какой же он брат, если должны быть общие черты?

Тот в ответ с улыбкой рассматривал меня.

– Убьёте? – спросил я наконец.

– Учитывая, почему ты от нас сбежал, это самый глупый вопрос, который я от тебя надеялся услышать, – черноволосый, покручивая в руках мою родовую вещицу и время от времени шумно нюхая её, усмехнулся, – И скажи честно, неужели ты надеялся, как Ульян Зумакин, самостоятельно овладеть техникой Пса, при этом являясь «пустым»?

Кто такой Зумакин, я не знал, но прищурился, с новым интересом рассматривая артефакт в руках.

И что это ещё за техника, которой мой Василий так хотел овладеть?

– Тебе же ещё в детстве сказали, что шанс твоего пробуждения просто мизерный, – со скукой произнёс Вепрев.

– А точно ли я пустой, а, братец? – ехидно спросил я.

Тот вздохнул, потёр подбородок.

– Честно, не ожидал, что в каком-то Мухосранске… извини, Маловратске, смогут рассмотреть «вето». Значит, это тот оракул тебе сказал, да?

Я промолчал, потому что не знал, о каком оракуле идёт речь. Но то, что «вето» – это запрет, было мне хорошо известно.