Тайная Москва. Волхв Нижнего мира

Напарника-мага из СБ я маскировал под мужчину.

– Вашу мать, Уланов, я мечтаю с вами расстаться поскорее и навсегда. Кстати, третий батальон нашел химическое хранилище.

– Выводить людей перед взрывом?

В наушнике раздался странный звук. Казалось, Соколов мнется, не желая признаваться магу, что без него не может решить проблему.

– Двести баллонов нервно-паралитических и кожно-нарывных газов. Похоже, они прямо здесь начали производство. У стрелков нет такого количества взрывчатки.

Плюс имеется опасность отравления личного состава, продолжил Артем мысль командующего.

– Господин воевода, в какую сторону ветер на реке?

– Восток или северо-восток. Что вы задумали?

– То есть облако не снесет на Нью-Амстердам. Прошу очистить окрестности химического склада от мутантов и людей, вывести бригаду из города и поджечь оставшиеся строения, насколько это возможно. Уходите на юг. В пяти километрах вниз по течению оставьте пару лодок с морпехами. Я к ним выйду.

– Уланов, вы точно уверены в своих силах?

– Абсолютно.

– Тогда начинаю отвод. Ловите координаты склада. Ориентировочное время команды на подрыв – через час.

– Я открою вентили.

– Старший лейтенант, мне не нужно героическое самоубийство.

– Мне тоже. Не забудьте про лодки.

Артем спустился на минус первый уровень. Морпехи погрузили Алису на плащ-накидку. Он велел им обождать, проверил состояние и осторожно привел в сознание.

– Я накачал тебя кучей заклятий. Спокойно разберись в них и бери под контроль.

Она с трудом сфокусировала мутноватые глаза.

– Арчи… Что случилось?

– Схлопотала свинец в броник. Травма грудной клетки. Так, не трать силы на морок. Парни знают, что ты… не парень. Есть контроль?

– Трудно. Да, есть, – глаза расширились, когда девушка почувствовала, что кроется за сдержанным словом «травма». – У меня грудина разбита в кашу.

– Немного укрепил магически. До похорон заживет. У тебя два накопителя, до Мурманска хватит.

Не успел он поставить ногу на первую ступень лестницы, сзади раздался негромкий шепот:

– Не оставляй меня.

Он обернулся.

– Держись. Я скоро.

Кажется, спасение умирающих молодых женщин входит в привычку. Вытащенная с того света Вероника заявила, что между ними все кончено – не хочет встречаться с убийцей поляков, хотя у нее рыльце в пуху по самые уши. Алиса только что мочила безоружных и просит остаться. Оказывается, спасение дает совсем разные результаты.

Снова потянулись деревянные двух– и трехэтажные здания примитивной и утилитарной внешности.