Тайная Москва. Волхв Нижнего мира

– Будешь целовать меня, не доверяя ни на йоту?

– Где-то в глубине души я тебе верю. Ты – хороший человек. Но мы в разных лагерях, хоть ты и подданная князя. Иди ко мне.

Вероника встала, полная противоречивых чувств. Артем мягко обвил ее руками и наклонился к ее губам. Потом легко подхватил, мягко опустил на кровать.

Все мужчины, которые были у нее раньше, ласкали ее тело часами, чтобы добиться реакции. Он чуть тронет – и она готова. А потом не может избавиться от мысли, что вновь жаждет его касаний. Она собиралась огранить этот алмаз до бриллиантового блеска, но изменилась сама.

Простыня скользнула с его бедер. Левая рука провела по коленям, скользнула вверх к кружеву чулок и дальше, дальше… Политика, разные страны и народы оказались далеко за пределами гостиничного номера, не в силах вмешаться в таинство соединения душ и тел.

Наутро знакомый и одновременно такой новый мужчина аккуратно побрился, тщательно поводя «Жиллетом» по толстой мускулистой шее.

– Погуляем?

Варшава, раз в пять меньшая, чем наверху, в своей центральной части остается живописным средневековым европейским городом, не познавшим ужасов Второй мировой войны.

Некоторые улицы носят по традиции те же наименования, что и в Польше, но внешне не напоминают ничуть. Та же Маршалковская, извилистая, не более пяти метров шириной, мощенная булыжником и без тротуаров, словно материализовалась из фильмов о тринадцатом-четырнадцатом веках. Убрать рекламу, освещение, велосипеды и редкие в центре Старого Города электромобили – можно снова снимать кино.

Вероника вцепилась в локоть своего спутника, с трудом удерживаясь, чтобы острые шпильки не застревали меж камней. Артем, казалось, не замечал мелких неудобств. Крепкие башмаки сорок шестого размера ровно и мягко ступали по древней мостовой.

– Месяц назад я прочитал «Пани Хелену» Яцека Грабовского. Считается новым классиком литературы Полонии. Будто иду с тобой внутри книги.

– Мне долго здесь жить. Придется вникать в местную культуру.

Она прикусила язык. Вот и проболталась, что Варшава – место ее длительного назначения.

Не может привыкнуть, что Артем с другой стороны баррикад. Тот ничего не заметил или сделал вид. Неожиданно предложил:

– Зайдем в костел?

Внутри не проронил ни слова. Не крестился, только бросил пару монет на ремонт храма. Стоял и слушал. То ли ушами, то ли магическими сенсорами.

– Ты же неверующий. Или в Рода веришь?

– Ангельские голоса. Ладно, одной духовной пищей да утренним кофе не насытишься.