Брошенная колония

Барон задумался.

- Пятнадцать, и по рукам, больше не дам. Да и никто вам больше не предложит. Неужели, я не знаю свои владения? Сколько вам давали - сто пятьдесят максимум?

- Двести, - соврал Игнат. - Мы договорились? Триста пятнадцать и не чеканом меньше. 

Они пожали друг другу руки. Барон выглядел вполне довольным, Игнат в душе тоже, он не надеялся получить больше двухсот, от силы двухсот пятидесяти.

- Итак, вы примите мое приглашение отобедать? А казначей пока деньги отсчитает. И поскольку машина уже принадлежит мне, то заберите оттуда ваши вещи.

- Деловой подход, - улыбнулся Игнат. Забравшись в багги по пояс, он вытащил из крепежа на потолке винтовку, больше ничего его в машине не осталось.

Обеденный зал был именно зал - вытянутое помещение метров в двадцать в длину. Стол метров семь, за ним десяток стульев, но сейчас заняты только два, нарядно одетые женщины в роскошных платьях уставились на гостя, который ворвался их мир, обряженный в простую рубаху, темные заправленные в полу сапоги, штаны с кобурою на боку.

Сестры были похожи, обе блондинки, обе довольно высокие, одна в фиолетовом платье, вторая в красном с белым. Лица плоские, глаза немного раскосые, красивые женщины. Едва Игнат вошел, та, что в красном, сидевшая по правую руку от хозяина замка, мгновенно уставилась на егеря, как кролик на удава. Она мгновенно раздела его взглядом, повертела, прикинула расклад, и глазки ее тут же похотливо заблестели.

- Моя жена, - представил блондинку в красном барон, - Аная фон Крайц.

- Баронесса, - Игнат склонился в почтительном поклоне, приложив правую руку сердцу.

- Ее сестра Гретта Шац.

- Магесса, - еще раз поклонился Видок.

Барон остался доволен манерами гостя.

- Дамы, Игнат Демидов, егерь.

Женщины благосклонно кивнули.

- Уважаемый егерь, не соблаговолите ли вы сесть рядом со мной? - пропела баронесса, и Игнат мгновенно уловил, как изменилось настроение хозяина, от того плеснуло злостью.

- Я бы рад, баронесса, занять место подле такой прекрасной женщины, но увы, оно уже занято вашим супругом.

Лицо Анаи скисало все сильнее и сильнее, и к концу речи выглядело так, словно она уксуса хлебнула, но предъявить гостю было нечего, так ловко он выкрутился из попытки захвата. А вот глаза сестры весело блеснули, ее явно позабавила эта сцена.