Брошенная колония

Те обычно селились гораздо дальше от людских анклавов, им без разницы - час лету, чтобы утащить овцу с выпаса, или, как вертюхи, сожрать внутренности на месте. Больших среди них было мало, и человека поднять они не могли, поэтому нападали на людей редко, в основном охотились на разную живность. Игнат за всю свою карьеру, если, конечно, не считать вертюх в вольных землях, всего трижды участвовал в подобной охоте. Один раз неудачно - логово так и не было найдено. Второй раз оно оказалось в недосягаемости.

А третий - Игнат встрял. Нелюдь эту по исконной традиции назвали малым драконом. Была она, не сказать, что большой, размером с две багги и размахом крыла метра в три. Жила, как ни странно, в густых лесах. Имела задние лапы, на которых, сложив крылья, надо сказать, довольно компактно, бегала среди деревьев очень шустро, обожала завалы, где и устраивала логово. Летала очень далеко, для нее вылет на охоту за две сотни километров был легкой разминкой. Носитель темной энергии, причем на очень высоком уровне, никакая руна не спасет. Плюс малый дракон обладал еще одной дистанционной атакой - ядовитым выдохом, которую егеря и обычные люди называли просто туманом слез. Попав в этот туман, человек словно оплывает, мясо само слезает с костей за считанные секунды, одежда расползается, железные детали окисляются. Малый дракон имеет очень нежный желудок и так он готовит себе пищу. К счастью, его дыхание накрывает площадь не больше трех квадратных метров и действует всего полминуты. Брюхо защищено костяной броней, довольно крепкой, пистолет бы не справился, про нож и говорить нечего, но вот пулю из винтовки та особь, с которой столкнулся Игнат семь лет назад, переварить не смогла. Поднять с дракончика можно много полезного, самое главное - ядовитая железа, находящаяся в основании длинной шеи, та самая, что насыщает дыхание растворяющим эффектом. За нее можно получить полсотни золотом без торга, а если с торгом, то гораздо больше. Кроме этого много ценных для зелий потрохов и когти идут по чекану за штуку, из них добывают парализующий состав. Ну и шкура со спины, кожевенники платят охотно за такую кожу. У нее очень красивый четкий рисунок, и сапоги из подобного материала может позволить себе исключительно князь, поскольку отдать за обувку сразу четыреста золотых не каждый купец может. А ведь у Игната в сумке скрученная в рулон шкуры вертюхов, из которых еще только предстоит сшить одежду.