Вестник рассвета

Далеко не в каждом клане глава лично занимался проведением обрядов, но Весенний Гром не только чтил традиции, но и считал Перерождение воина самой важной из них, ведь именно своими воинами Багряная Ольха славилась со времён Исхода.

Никто не сомневался, что когда придёт время, Весенний Гром возьмёт в свой отряд и младшую дочь. Получить своё имя из уст главы клана — большая честь, поэтому Тень делала всё что в её силах, чтобы по праву войти в число лучших. Когда же настал её черёд, она вместе с тремя десяткам других счастливчиков поехала к кряжу вместе с главой клана.

Пять дней конного перехода отделяли Чертоги Ольхи от западной границы. Три из них отряд ехал на юго-запад вдоль берега великой Атараны, а на четвёртый повернул почти точно на восход. Встречая будущих воинов, на горизонте поднялась вереница серых вершин, возглавляемая горой Щербатой.

Это место называлось Предел трав, поскольку дальше на запад, за узкой полоской гор степь становилась всё суше, а потом и вовсе уступала место безжизненным пескам, которые простирались дальше на юг и на запад на сотни и сотни миль.

Вечером последнего дня отряд остановился у подножья горы Щербатой. На высоком холме вырос лагерь из шатров цвета опавшей листвы, а в небо подняли алые знамёна с изображением священного дерева клана.

Весенний Гром поставил свой шатёр на самой вершине холма. Увенчанный багряной короной, тот гордо взирал на окрестные земли. Остальные расположились вокруг него.

Как и велела традиция, ближе к центру свои шатры поставили охотники, которым предстояло пройти испытание, по внешнему краю лагеря — охранявшие их воины из личного копья главы кланы. Впрочем, никто не ожидал нападения. Хотя гора Щербатая и стояла на самом краю земель Ольхи, границу регулярно патрулировали. А форт Спящего Вепря находился всего в трёх–четырёх часах езды отсюда на север.

С холма, на котором поставили лагерь, отлично просматривалась долина реки и весь северный склон Щербатой.

Внизу текла небольшая река, за которой, на востоке, виднелась пастушья деревня.

Незадолго до заката глава клана сидел на траве, смотрел на Щербатую и ждал, пока солнце не скроется за горами. Отец Тени был статен, широк в плечах, а его распущенные тёмно-русые волосы доходили ему до плеч. Тень походила на него острыми чертами лица и глазами: карими, яркими, в утреннем свете казавшимися янтарными.