Костяной Скульптор. Том 8

Стоило признать, попытка пары живых оружий была неожиданно довольно продуманной.

Если бы мне не хватило сил, эти двое либо сломали мне руки, либо зажали между собой, и Гуйар выкачал бы всю мою энергию.

Однако напали они, определённо, не на того. Мощь тела Совершенства нельзя было недооценивать, и довольно быстро мне удалось перебороть Гуйар в условный армрестлинг, вывернув его вбок так, чтобы и он, и каменюка оказались передо мной.

Тут Кровожадный Король предпринял ещё одну попытку, резко перестав сопротивляться и дёрнувшись в сторону моего живота.

Окутав Гуйар чёрным пламенем с Усилением, на этот раз не питающим, а наоборот, плавящим магический металл к чертям, я довольно быстро добился желаемого. Вместо яростного шипения и гудения послышались жалобные вопли, Кровожадный Король молил о пощаде.

— Помоги мне с ним — и я подумаю, — бросил я, отзывая чёрное пламя вокруг правой руки и с удвоенной силой зажигая его вокруг левой.

Дважды повторять не понадобилось, Гуйар, сам помогая моему замаху, врезался в барьер каменной глыбы, тут же начав проедать его своей силой.

Против нас двоих последний экспонат церковного арсенала продержался недолго. Уже спустя секунд пятнадцать невидимая стена подалась сначала на пол миллиметра, потом ещё на столько же, а потом, словно потеряв волю к борьбе, просто лопнула.

Моя ладонь с силой врезалась в камень, и я ощутил проникшие в разум мысли живого оружия. Вернее не мысли, по-человечески думать подобные Гуйару артефакты всё-таки не могли, скорее, это можно было назвать волей.

Каменюка соглашалась подчиниться мне, но с условием того, что я выступлю войной против монстров. Последний образ сопровождался уже довольно неплохо знакомой мне аурой, что исходила из центра человеческого мира, области, где были заключены Апокалипсисы.

— Они и мои враги тоже, — кивнул я, особо не задумываясь. Врать живые оружия тоже не умели, и сомневаться в намерениях этого куска камня не приходилось.

Он, в свою очередь, похоже, тоже мне поверил. По крайней мере, аура, привлёкшая к этому месту стольких монстров, исчезла, а я ощутил сильный жар под моей ладонью, вновь прилипшей к поверхности глыбы. Руку, однако, я отдёрнуть не попытался, чувствуя, что на этот раз вреда мне камень не желает.