Дракон загробного мира: Архипелаг

Что будет, если в силу своей молодости и желания я невольно начну как-то подбивать их к чему-то непотребному? Будет ли это лишением их чести и достоинства? Сколько вопросов и не единого ответа. Чтобы весь этот треклятый мир с его красивыми девушками пошли в ….!

Очнулся я от собственных мыслей только тогда, когда Юнона взяла меня за руку и повела за пределы поляны. Я попытался было заговорить с ней, но она лишь молчала. Девушка просто шла вперед, держа меня за руку и не позволяя вырываться. Руки ее были нежными, а теплота ее ладоней взволновали молодое тело куда сильнее откровенных сцен в собственной голове.

Совсем скоро я услышал звук журчания воды. Где-то рядом с нами был ручей. Видимо она нашла его пока искала травы для моего настоя. Эту мысль я подтвердил в своей голове спустя минуту, когда заметил, что некоторые кусты вдоль берега ручья лишены цветов. Учитывая что на одном кустике росло ровно по одному или два цветка, то их голые собратья сразу бросалась в глаза.

- Господину не пристало ходить грязнее, чем его рабыни,- произнесла Юнона, аккуратно подталкивая меня в сторону ручья.

- Я не ваш господин,- ответил я, но всё же зашел в воду, лишь в последний момент бросив ткань на берег, когда вода уже подобралась на уровень пояса.

- Вы не господин Вэйсен и Литы, но вы мой господин, а им придется временно смириться со своим новым статусом,- произнесла девушка, после чего начала развязывать тесемки на своих одеждах.- Мой род уничтожен, и пусть дядя попытается восстановить его, но он предатель и его потуги лишь опозорят нас.

Мусумэ? Что-то знакомое. Крутится в памяти, никак не могу вспомнить. Вроде бы этот термин связан с историей Японии. Женская половина класса долго возмущалась когда мы проходили эту тему, а парни вроде наоборот были заинтересованы.

- Что значит мусумэ?- спросил я у Юноны, которая без единой капли стеснения оголилась передо мной и вошла следом в воду.

- Мусумэ означает временная жена. Любовница и временная хранительница очага, которой мужчина платит за ее благосклонность,- гораздо тише произнесла Юнона, почти вплотную приблизившись ко мне.- Пусть вы и не любите когда я называю вас господином, но это так. Вам нужно привыкнуть к своей роли, иначе все мы можем пострадать.