Целитель

Едва ли больше — убраться отсюда могли лишь те, кто действительно поймал за хвост удачу и разбогател, добираться до Мирного было долго и дорого. Так осталась в городе Линн, женщина, сдававшая Альмоду угол — мужа задрали волки, когда он был один на участке, искать пошли лишь, когда он не вернулся в город в оговоренное время. Нашли обглоданные кости. А уехать ей с годовалым сыном было не на что.

Родня-то осталась, но чтобы послать ей весточку, нужно было сперва заплатить писцу, потом — тому, кто возьмется донести письмо до Кривого Озера, а уж почта стоила столько, сколько Линн, кое-как перебивавшаяся прачкой, зарабатывала хорошо если за три месяца.

Альмод нашел Линн на краю лагеря, совсем недалеко от сложенных из жердей будочек — и здесь запах чувствовался. Шалаш был сделан неплохо — видимо, помог кто-то. А вот костер уже даже не тлел. Словно ей недосуг было сходить за дровами.

Увидев Альмода, Линн всплеснула руками — дескать, не чаяла… Неужели до нее слухи не доходили? Причина, по которой ей было не до сплетен и, похоже, не до дров, обнаружилась почти сразу же.

Альмод сунулся следом. Щеки завернутого в шаль малыша горели так, что можно было и не трогать лоб, проверяя, нет ли жара.

— Давно жар? — поинтересовался Альмод.

— Дня два.

— А чего за мной не послала?

— Так вы же… господин целитель… заняты были.

Был. А еще господин целитель не лечит бесплатно, и такой, как она, его услуги не по карману.

Альмод снова пригляделся к ребенку — не нравилось ему, как звучал крик. И дыхание не нравилось. Размотал шаль, выругался про себя, увидев отекшую шею. Вытащил ребенка на свет; особым образом надавив на щеки, заставил открыть рот — малыш, проснувшись, отчаянно завопил — и выругался вслух, заглянув в горло. Белые пленки покрывали глотку.

Линн, услышав ругательства, охнула, схватилась руками за горящие щеки. Руки у нее были опухшие, красные с глубокими трещинами, из которых сочилась сукровица.

Альмод не стал тратить время на извинения, плетением снял отек. Сейчас заразу не прогонишь, уже успела наделать дел. Он не стал говорить, дескать, если бы его позвали вовремя, все было бы по-другому. Даже если бы его позвали вовремя он, скорее всего, на пришел бы, занятый обожженными.

— Вспомни, кто к вам заходил за последние десять дней? И к кому ты ходила с ребенком? Не только в гости. Кто работу приносил? Молочник, может, заглядывал, еще кто.