Северная Ересь

Даже несмотря на учиненный Ралофом разгром Узумаки сама не понимала, на чьей стороне ей стоило сейчас быть - в данный момент она просто хотела, чтобы Хирузен и оммедо прекратили сражаться и они смогли спокойно поговорить. За проведенное в компании Ралофа время, Узумаки успела хорошо изучить последователя Талоса и она сильно сомневалась, что северянин решил разрушить целый квартал просто так - даже с учетом воинственного характера норда, на действия его обычно что-то провоцировало.

" - Или кто-то... " - девушка с подозрением посмотрела на сидящего у порога храма некроманта, что лениво наблюдал за происходящим с костяного трона.

Но вот сами бойцы были явно против такого расклада: И Сарутоби, и уроженец Скайрима разошлись не на шутку и от их битвы барьер, поддерживаемый АНБУ вокруг разрушенного квартала уже начинал понемногу трескаться.

- Решили, что если соберетесь в кучу, то вас это спасет?! Ха! - нанизав одного из "безликих" бойцов на свой ужасающий двуручник, северянин резко ускорился и оказавшись рядом с другим шиноби, швырнул в него извивающегося на красно-черном клинке шиноби, одновременно с этим создавая свободной рукой полупрозрачную пленку своей защитной техники, которая прикрыла его от широкого веера пламени, что выпустил в него Хирузен - Твоих ручных собачонок с каждой секундой все меньше и меньше, старик! Не стоило считать меня одним из вас!

В ответ хмурый Сарутоби начал еще быстрее складывать печали и вскоре в защитную технику северянина ударил самый настоящий водяной дракон.

Обрушившись на оммедо, техника суйтона отбросила его на несколько метров, но и только - полупрозрачная защитная пленка северянина с честью выдержала эту атаку и из-за бушующего потока водной стихии раздался издевательский хохот Ралофа.

- Вот это уже похоже на нормальный бой! - северянин явно получал от схватки огромное удовольствие - Сражайся яростнее, Каге! Ведь эта битва будет последним сражением в твоей жизни!

Стоявшая поодаль Узумаки внезапно закричала и схватилась за свою голову.

Её как будто что-то начало разрывать изнутри и от того, кто это делал несло хорошо знакомой аловласой куноичи ядовитой чакрой.

Лис начал рваться на волю.

Какофония из запахов свежей крови, горелой плоти и звуков битвы била по разуму джинчурики не хуже боевой техники и Кушина почувствовала, как заключенный внутри неё биджу начал биться о стены своей темницы, пытаясь перехватить контроль над её телом.