Пожиратель 3. Клан, которого нет

Во-первых, мне это ничем не грозит, я-то буду добросовестно отдавать им положенный налоговый сбор, ну и для них не слишком-то опасно, ведь положенную сумму они будут мне выдавать или заранее, или позже, и делать это или из своих собственных денег, или с положенной премии. Ну, и во-вторых. Ее предложение было неплохо еще тем, что часть сделок в любом случае мне придется проводить не через свою гостиницу, а пробираться сюда вполне законным путем, чтобы не засветить свой потайной выход на рынок. И как раз для контрабанды-то я его использовать не буду, что вроде как вполне логично, но ведет в конечном итоге к провалу.

И потому я поглядел на Китафию.

– Мы точно договоримся, – сказал я ей.

Магния медленно кивнула головой, а потом произнесла:

– Тогда до встречи.

– До встречи, – попрощался я с нею. Кивнул головой местным стражам и, махнув рукой брату с сестрой, направился ко второму выходу, ведущему из портального коридора, связывающего лавку одного оружейника в Грязных кварталах города Парна с необычной аномалией, где скрытый глазами от всего мира затаился черный рынок этого огромного города.

– Скоро сюда придется вернуться, – пробормотал я, – но уже через свой собственный канал, связывающий эту аномалию и город снаружи.

Через мой ход, как оказалось, очень удобно будет выводить отсюда таких вот особенных нелегалов, как Труш и его сестра. Или проводить на территорию рынка тех, кто должен будет вроде как незаметно появляться там и исчезать, не светясь на его постах.

* * *

Планета Ареана. Империя Ларгот. Столица Пари. Грязные кварталы. Лавка оружейника. Некоторое время спустя

– Я смотрю, ты относительно быстро вернулся, – не особо обратив внимание на мою возросшую компанию, сказал мне Дукар.

– Есть дела в городе, – ответил ему я, сам же прикидывая и еще кое-что.

Лавка старика находится на территории, теоретически контролируемой моей бандой. А значит, и налоги с нее должны идти ей. Но что-то информации об этом в воспоминаниях Хряка никакой не было.

«Хм. А ведь и точно, – сообразил я, – старик никому и ничего не платит. Хряк знал, что его кто-то прикрывает, но не ведал кто.