Золотая пещера

– Где там? – заодно не утерпел Сергей и от вопроса.

И снова прокололся, выказав нетерпение и любопытство.

– Об этом еще рано! – донеслось в ответ.

Посчитав обряд знакомства им до конца благополучно исполненным, чернобородый Вагиз отдал младшему сержанту последующие руководящие указания уже на общих основаниях.

– Давай, боец, меняй одежду и за дело! – сказал, как отрезал бородач. – Всего неделя у нас на все про все!

Афганский наряд Калуга, как, оказалось, принес для себя сам.

И шапка, и длиннополая рубаха, и широкие штаны, и даже безрукавка из черного выцветшего сукна были в том самом увесистом свертке, что еще в вертолете отдал ему Айболит.

Причем все – нужного размера.

– Здесь, действительно, не шутят. Все делают так, что потом и комар носа не подточит! – сделал для себя, последний на этот день, вывод Калуга и начал переодеваться в той камере, куда указал ему идти Вагиз.

Но и после первого поражения новичок не сразу попал на ковер. В зале тренажеров, обставленном не хуже, чем у иной сборной страны по спортивным единоборствам, сначала пришлось изрядно попотеть.

– Обедаем мы раз в день – в ужин! – скаламбурил Вагиз в своем очередном наставлении вновь прибывшему к ним младшему сержанту. – Это чтобы пища не мешала занятиям, да и сам не привыкал идти в бой с полным брюхом.

Даже столь жесткие порядки не испортили настроение парня, всей душой увлекшегося новым для него делом.

А когда, наконец, оказался за столом, наверху, уже был поздний вечер.

– Давай, парень, уминай, что дают, – велел ему, не ожидая и не приветствуя отказа, старший в команде. – Еда здесь перед тобой – на целый завтрашний день.

Тут же, не теряя времени – за общим для всей команды ужином, он познакомил новичка с остальными из своей группы, готовящейся на спецзадание.

Каримом назвался усатый, с гладко выбритой головой таджик. Олдузом – самый пожилой из их компании – сорокалетний узбек.

Во всяком случае, его орлиный нос, крючковатым клювом хищной птицы, что так и нависал над усами и бородой, безошибочно выдавал в нем выходца с гор.

Русским, как и Сергей, был лишь самый молодой из прежней компании – рыжебородый Бабрак.

– Вообще я – Борис, – после ужина признался тот. – Да и тебе, видно, недолго ходить Сергеем.

Его слова Калуга вспомнил перед сном.