Демоническая Кость. Том 1.

Уверенность в глазах парня прочитала и сама волчица, после чего, показав тому необходимость действовать в паре, определила себя, в качестве основного номера в предстоящей охоте. Рождённому войной более ничего не оставалось, как отвлечь монстра на себя, что он и решил выполнить.

Саблезубая химера трапезничала на противоположном краю лесной опушки. Не желая жариться на солнце, клыкастый олень затащил тушу поверженного животного под широкие ветки ближайшего дерева.

Вар использовал это наблюдение в качестве основы, после чего, собрав под ногами пару желудей и увесистый камень, стал бесшумно приближаться к опасному хищнику.

К сожалению, незаметно приблизиться к химере не представлялась возможным — рядом с деревом было достаточно открытое пространство.

Поднявшись по стволу отдалённо стоя́щего исполина, юноша начал перебираться с ветки на ветку. Перемещаясь по деревьям, он всё ближе продвигался к своей цели и вскоре завис над острыми рогами химеры.

Метнув жёлудь в противоположную сторону от саблезубого, молодой волк ожидал реакции, но та не последовала — подобный шум не привлёк никакого внимания химеры.

Собрав все имеющиеся плоды в охапку, он повторил свои действия.

На этот раз уши изменённого зверя дёрнулись, и рогатый кратковременно повернулся в сторону россыпи звуков, но и этого было недостаточно.

В ту же сторону полетел камень.

Вздрогнув, олень стал разворачиваться, поворачивая свою мускулистую тушу в направление возможной опасности.

В этот миг, юноша, спикировав вниз, вонзил обе когтистые руки в беззащитную шею цели.

Хлынула тёплая, бордовая кровь и запахло металлом.

Издав гортанный рёв с примесью булькающих звуков, химера, выгнув морду, попыталась насадить возмутителя спокойствия на свои рога, но и этому не судьба было сбыться: выпрыгнувшая из кустов чёрная волчица, подобно тёмной молнии, врезалась в передние копыта раненого порождения леса.

Свирепый хищник стал заваливаться набок.

Не теряя безопасных секунд, Вар, действуя обеими руками, полосовал уязвимую морду, пока грозные клыки волчицы не сомкнулись на шее подрагивающей химеры.

Кровь хлестала полноводной рекой, ревел в предсмертной агонии зверь, а малец, превратившись в кровавого мясника, наносил один удар за другим. От каждого взмаха на землю падали окровавленные ошмётки и полоски срезанной кожи с шерстью.

Парень услышал глухой хруст шейных позвонков, после чего монструозная голова чудовища была отделена оборотнессой от остальной туши некогда грозного оленя.