Демоническая Кость. Том 1.

Тачки периодически заводятся, чтобы аккум не сел. Раунд! — довольный произведённым эффектом, он победоносно ухмыльнулся.

— Бл*, ну ты реально мозг. Кто тебя так натаскал?

— Сам. — односложно ответил Виктор и перевёл тему. — Хочешь узнать, по душу нашего лабы стоят копы или нет?

— Давай, а как?

— Подойди к дереву у тачки, что у падика и, светя фонариком, сделай вид, типа только что положил в землю клад, сфоткай место и быстро уходи.

— Что-то ты порожняк прогнал. Ну, погонятся за мной, примут и что? Как это определит по нашей теме они работают или нет.

— Идиот, — словил фейспалм последователь воркаута. — Вот представь, — поняв Вика с полуслова, начал он самостоятельно объяснять несмышлёнышу, — к примеру, ты стоишь под хатой вора-квартирника или мошенника, ждёшь пока он выйдет, а тут чучело перед тобой дозняк кладёт. Погонишься за ним?

— Нет конечно, — запротестовал Ромашка. — Вдруг тот, кого я пасу, срисует суету во дворе.

— Да, если дёрнутся на месте крутить, то в тачках точно не опера, — пояснил Антон, — а это значит не по «нашу душу».

— Всё так, — согласился Вик, — только это правило не действует на тех, у кого основной показатель работы — задержание барыг и хранителей. Опера — парни на опыте: они не станут тебя на месте ластать, а маякнут второму экипажу, чтобы бдили в оба, а сами посмотрят за тобой на дальняке, отведут подальше и уже там впарят тебе народную — двести двадцать восьмую.

Ромашка слушал Фёдорова с открытым ртом. Осознание разницы способностей, подобно правому боковому от МС: пришло неожиданно и куда больней, чем предполагалось изначально.

Боец шестёрки решил больше не задавать вопросов и особо не отсвечивать, но запоминать он будет каждое слово и движение. Верно сказал Сухой: вряд ли когда-либо ещё удастся поработать с профи такого уровня.

— Тоха, ты, кстати, проморгал лансер девятый. Он один около нашего падика в круг торированный стоит, — пояснил Вик в ответ на выпученные глаза спортсмена.

— Тоже из этих, наркоконтроль?

— Не уверен, — замялся черноволосый юноша.

— А кто тогда? — не выдержал и пяти минут молчания шнырь шестого квартала.

— Хз.

— Какой план?

— Надевайте кепки. Никто не должен видеть наши лица. Знаю, — прервал он так и не прозвучавший вопрос Романа, — камер поблизости нет, но это не повод забывать о видеорегистраторах на припаркованных авто.

— Угу.

— Верно.

***

Ромашка остался на стрёме в арке.