Загадка зимнего оврага

В попытке защититься, предприниматель, тем временем, предпринял новые шаги.

Когда дело дошло до судебного разбирательства, появились знакомые из окружения Виктора Зонтова.

Они утверждали:

– Знают девочек, замешанных в этой истории, как обманщиц, тогда как Виктор Викторович представляет собой человека кристальной души и прекрасного семьянина.

Только лжесвидетельства не помогли. В конце концов, расследование доказало обратное. Все, о чем говорили школьницы, которых развращал Зонтов, подтвердилось.

Фальшивые кредиты

В некоторых торговых точках города, реализующих в кредит дорогущую бытовую технику, создалось впечатление о большей зажиточности обитателей села Верх-Катунского перед жителями других населенных пунктов пригорода Бийска.

И не без оснований:

– Именно туда должны были отправиться многочисленные телевизоры, стиральные машины, холодильники и прочий импортный товар.

Но далеко не сразу коммерсанты обратили внимание на то, что менялись покупатели, зато сопровождали их одни и те же, довольно статные мужчины с явными признаками образованности.

Один из них советовал покупателю в выборе нужной вещи, а другой помогал её увозить от магазина.

Продолжалось это довольно долго к общему удовольствию вышеупомянутых приятелей, тогда как их непостоянным партнерам по сделкам оставалось тешить себя тем, что выполнили просьбу своего земляка – Ильи Перова.

А именно:

– Заполнили бумагу на покупку товара в кредит, за которую, якобы, платы с них никогда не потребуют.

Такую убежденность в сознание близких и дальних соседей поселял семьянин с дипломом о среднем специальном образовании.

Это он говорил «по секрету»:

– Коммерческий банк, через который оформляют сделку, вот-вот прекратит своё существование, и о заёмщиках не вспомнят.

Кто-то верил, пополняя собой ряды сельских жителей, обманутых, мошенником.

В сообщниках у него был менеджер частного предприятия Валерий Краснов, имевший высшее образование и не меньшее чем у Перова желание зажить богаче. Хотя и без того не бедствовал, имея личную иномарку «Тойота-Чейзер», которую они напрямую использовали для осуществления небезобидного замысла.