Холод, согрей

Энергия наядита проходит сложную цепь превращений, кочуя из одного ледяного тельца в другое, меняет их – разрушает, создает и разлетается в них по всему подземелью.

– В тебе амбиции бога, дорогой, – прошептала Леарит. Словно укоряет, но в то же время довольна.

– Глупо, поселившись в доме, обжить только одну комнату и не знать, что творится в соседних. А если хотим сделать наш ледяной остров домом на многие годы, нужно знать в нем каждый угол.

– Боги тебя понимают, можешь поверить. Каждый уголок земного мира как на ладони, и видно, что делает каждый из смертных потомков.

Поэтому богам так не по душе царство демонов – туда не заглянуть.

– Значит, скоро полюбим эти пещеры, ибо сможем заглянуть в каждую. С королевой стрекозы будут множиться так быстро, что даже мне вообразить страшно.

– Не слишком ли быстро?

– Лучше не откладывать. И так чересчур долго живем в месте, о котором знаем мало, и вот к чему привело. В погребе нашего дома завелись крысы Темного Ордена и куча тараканов из царства демонов во главе с моей давней знакомой.

..

Мысль о Милите встала в горле комом.

Нет, не получается, как у Тимориса, говорить о «младшей сестренке» с иронией – слишком много она, верная супруга Витора, для Эгорда значила когда-то...

Леарит гладит его по груди, целует там, где кожа вздрагивает от ударов сердца, прижимается мягко, закрыв глаза.

– Не думай о плохом, любимый. Всему свое время, а сейчас время покоя, мы его заслужили.

– Странно... Всегда хотел что-то менять, добиваться, не останавливаться на достигнутом, делать лучше, придумывать новое.

.. Но в такие вот минуты, с тобой, хочется сбежать в иную реальность, где никого, кроме нас, где время застыло, как в той комнате под крепостью, где мы бессмертны и вечно молоды. И каждый день любоваться тобой, быть рядом, обнимать, целовать, и чтобы ничего не менялось. Чтобы никогда не наскучило, всегда как в первый раз.

– Такая реальность есть. Боги создали ее для себя.

– Небесное царство.

– Они там бессмертные и всемогущие, но не желают что-то менять и покидать уютный мир.

Крайне неохотно пускают к себе новых – только тех, кто заслужил праведной жизнью и великими деяниями, да и тем не дают могущества, равного своему, чтобы младшие боги не смогли совершить переворот.

– Но если спрятаться в кокон, пусть и прочный, и бояться менять что-то, рано или поздно найдется сила, которая окажется сильнее, потому что она не прекращала развиваться.

– Вот боги и бросили людей в этот мир, переменчивый и жестокий.