Холод, согрей

– Спасибо!

Глаза сына Зараха слегка округлились, но демон, скорее всего, удивлен не фактом объятий, а тем, что в хрупком с виду кусочке нежной плоти – столько силы.

Леарит расслабила кольцо рук, отлипла.

– Зато можешь понести ее доспехи и оружие, – сказала как бы в утешение.

– Ага, осталось еще наняться в носильщики, – проворчал демон.

Но к доспехам, тем не менее, пошел, на ходу тело уменьшается, клешни превращаются в руки, золотые сабли подхватил с земли уже более человеческий вариант Хафала.

Тиморис, увидев у себя в руках дочь, забыл обо всем на свете, его запачканная кровью рожа светится, Велира обнимает себя за плечи, хочет свернуться калачом.

Леарит подошла к пропасти.

– Идемте!

Прыгнула вниз.

Тиморис оглядывается под ноги.

– Эй, мои сабли...

Неуклюже поддел сапогом одну, но та упала, Тиморис пошатнулся.

К сабле подлетела Жея, схватила когтями.

– Спасибо, красавица! – говорит Тиморис, пока птица целится саблей в его ножны. – Что бы я без тебя делал...

Жея разжала когти, вжик, гарда сабли щелкнула о торец ножен.

Хафал прошел мимо Тимориса, под мышкой зажат нагрудник Велиры, в другой охапке – прочие доспехи, за спиной золотые сабли. Хвост, извиваясь по земле вслед за хозяином, отпихнул вторую саблю Тимориса, та засвистела в полете, вонзилась в норку на вершине сталагмита, по которому ползают личинки.

– Ой, извини, я нечаянно, – сказал демон так, будто «Чтоб ты провалился!»

Спрыгнул в яму.

Тиморис проводил его бешеным взглядом, вырвалось ругательство, но отец вновь посмотрел на дочь, и сердце оттаяло. Жея метнулась к сталагмиту, уже скоро вернулась с саблей.

Часть 3. Глава 22

До самого вечера Тиморис нес Велиру, несмотря на то что приходилось порой идти круто в гору, да еще с препятствиями. Эгорд и Леарит предлагали ее разбудить, с помощью зелья или магии, но Тиморис отказался.

Хафал бросил в Тимориса доспехи Велиры, ее одежду, сабли. Тиморис кое-как увернулся, чуть не упал с дочкой на руках.

– Сам неси эти железяки, папаша! – прогремел демон.

Но Тиморис и бровью не повел, одел дочь, заботливо вернул на нее доспехи, застегнул ремешки, а золотые сабли повесил себе за спину. Выпил зелья бодрости и силы, поднял Велиру и пошел дальше.