Холод, согрей

– Я телепортировалась к вам, но всегда попадала то в другую пещеру, то внутрь стены, один раз даже в брюхо чудовища. Не помню, сколько попыток было, но вот удалось, я с вами. Как хорошо, что Велира нашлась!

На следующий день Эгорд и спутники наткнулись на то, что никак не ожидали увидеть в богами забытых пещерах, да еще под затерянным в океане островом.

Кладбище.

В пещере размером с дворец мэра в Старге, если оттуда извлечь внутренние стены. Само кладбище скромное – четыре могилы на краю пещеры, за скалой. Там в стене – семейка солнечных кристаллов.

Судя по датам на надгробиях, их хозяева погибли еще до того, как на остров прибыли темные маги, основавшие крепость, где сейчас обитает Эгорд. Странно, Наяда ничего такого не рассказывала...

Эгорд присел на колено рядом со скелетом гнома, заклинание сдуло пыль с костей и шлема, с пузатых доспехов, с плаща.

Осветленный.

Эгорд узнал его по серебристому плащу, такой же узор на плаще Эгорда. В кулаке скелета зажата лопата, в другом – кирка, инструменты сделаны так, что можно использовать как оружие, наполовину – двулезвийные топоры, украшены резьбой и драгоценными камнями.

Воин-маг прошептал молитву над гномом – попросил позаботиться о душе осветленного, а также простить его, Эгорда, за то, что собирается обыскать труп, а затем приступил к обыску.

– «Дораф-кузнец, – читает, присев на колено, Леарит. – Храбро погиб, следуя за любовью. Да встретятся души влюбленных на небесах!»

Тиморис согнулся над соседним надгробием.

– «Бедняжка Силисса. Предпочла извратить тело, но сохранить верность любимому. Да встретятся души влюбленных на небесах!»

Велира изучает третью плиту, самую красивую, мощную, над этим памятником гном почему-то расстарался особенно.

– Что написано? – спросила Леарит.

Велира пожала плечами.

– Читать не умею.

– Написано «Альтеон, старший жрец Светлого Ордена, – говорит Тиморис. – Сражался один против тысяч. Да примут его боги в священный круг себе равных!»

– Альтеон...

Леарит произнесла имя со светлой печалью.

– Мне доводилось наблюдать за его деяниями с небес, питать его силой, когда он возносил молитвы. Это был истинный жрец солнца. Жил праведно, за ним вереница подвигов.