Бастард рода демонов

Уперевшись ладонями в пол, она посылала стеблю волны праны, подпитывая свою атаку.

— Крепкий, гад! — выкрикнул Джек, выхватив из кобур револьверы. — Ну ничего, давайте все вместе навалимся!

Гольв уж было потянулся к плечу Инси, чтобы наложить на девушку чары усиления, однако насмешливый голос остановил его:

— Боюсь, ничего у вас не выйдет.

Мощная волна бирюзовой воды, обойдя нас по дуге, врезалась в стебель сбоку. На лицо упало несколько холодных капель. Резко развернувшись на каблуках, я увидел застывшего в проходе мужчину в белом плаще.

Поднятой правой рукой он посылал прану в нескончаемый водяной поток. Заметив мой взгляд, инквизитор вскинул левую руку. Прямо передо мной из каменного пола поднялся морской вал, в мгновенье ока накрывший нас с головой.

Зажимая рот и нос руками, чтобы не наглотаться воды, я вдруг почувствовал, как по телу разлилась приятная нега. Мышцы расслабились, будто после бани, хотя вода, заполнившая добрую половину зала, была весьма прохладной.

Я хотел плыть, чтобы выбраться из зоны поражения вражьей техники.

Добраться до Паладина, дать ему по роже, но…

Совсем расслабился. Последние, что я увидел до того, как опустились веки — проплывшую рядом Инси, из последних сил пытающуюся разорвать пополам коричневый клочок намокшей бумаги.

***

Одиночная камера походила на коробку из-под большого лампового телевизора. Чёрный каменный куб давил со всех сторон. Если б не крохотное зарешеченное окошечко под самым потолком, дарившее крупицы света и хоть какие-то звуки, вообще бы сошёл с ума.

Но самое отвратительное — я совершенно не ощущал в себе сил. Хм… точнее, праны. С того момента, как я открыл её вчера, так постоянно на подсознательном уровне понимал, что могу использовать эту волшебную энергию. Сейчас же я ощущал себя как брендовая рубашка, по истечении времени превратившаяся в половую тряпку, годную лишь на то, чтобы подтирать проявления цистита у заболевшей собаки.

В общем, херово мне было.

И чуйка молчала.

Похоже, она как-то завязана на пране, а волшебные силы в тюрьме явно блокируют.

Когда небо за окошечком из голубого начало превращаться в тёмно-синее, у меня закружилась голова. Я едва не рухнул мордой в отхожий угол, но извернулся и приземлился на лежак из подгнившей соломы.

В этот момент внизу толстой двери поднялась заслонка, и в камеру пропихнули миску с кружкой. Когда заслонка вновь вернулась на место, головокружение будто рукой сняло.