Бастард рода демонов

Остальные же — самые обычные люди в самой обычной повседневной одежде, подчёркивающей спортивное телосложение. Даже три девушки среди них есть.

У меня в голове торопливо стучали клавиши калькулятора. Предположим, Учителя и четырёх Ветеранов возьмут на себя супруги. Мне тогда, что, останется всего лишь девять Воинов и шесть Специалистов? Блин…

— Пляшем от печки! — предупредила нас Кимира, оценив силы врага.

— То есть? — не понял Коля. — От обороны играем?

— Угу, — за жену ответил Горланд.

Враги прекратили атаковать и, ожидая команды лидера, напряжённо пялились в нашу сторону.

— Меня зовут Фелт, — быстро представился он. — Мой ранг — Учитель, — проговорил он, повернув голову к Кимире. — Мне известно, что вы Тандем, но Тандем хромающий. Предлагаю вам без боя отдать нам бастарда и разойтись без лишнего шума.

— Нет, — спокойно ответила женщина.

— Это окончательное решение?

— Да.

— Жаль, — покачав головой, Фелт поднял правую руку.

Я ещё неопытный боец — только когда вокруг нас разверзся настоящий Ад, до меня дошло, что остальные инквизиторы не стояли столбами, а концентрировали прану. Они приготовили поистине убойные заклинания! На наши головы сыпались пылающие метеориты; из-под земли в купол били каменные пики; тараном влетела в барьер созданная изо льда фигура гигантского орла; пробить защиту пытались бесконечные файерболы и морские волны. Не говоря уже о светящихся коралловым пламенем пулях, долбящихся в водно-электрическую полусферу.

Защита дрожала, точно телефон на вибровызове, но держалась. Я видел, как по лицам Кимиры и Горланда катятся капельки пота. Как тяжело они дышат.

— Когда… падёт… барьер… — по словам выдавила женщина, — прячьтесь… в лесу…

— Понял! — с готовностью кивнул Николай.

На миг я удивлённо уставился на неё. Честно говоря, ожидал другой команды — велеть Юре, залезшему мне на плечо, открыть портал и сбежать, использовать способ отхода на самый крайний случай.

Я медленно выдохнул, приводя в порядок разбушевавшиеся мысли. Чуйка говорит, что телохранитель права. Значит, не будем с ней спорить.

Едва я пришёл к столь славной мысли, полусфера пошла совсем уж глубокими трещинами и через мгновение рассыпалась на тысячи осколков.