Аргония. Светлая сторона

Себя не жалко – подумай о брате, хоть у кого-то же должен быть инстинкт самосохранения? А если ты так переживаешь о вашей физической форме, что же, это не проблема. – Зловеще ухмыльнулся преподаватель. – Эту неделю никаких нагрузок, а потом не плачьте, помните, что сами выбрали этот путь. С настоятелем и преподавателями я решу вопрос, перенесём все что пропустите на лето и второй курс.

Уже к вечеру братья взвыли от скуки. Люций им запретил всё. От любых физических нагрузок, до чтения и походов в церковь. Забрал всю верхнюю одежду и запретил дежурному выпускать кадетов из палаты.

Уяснив, что заниматься абсолютно нечем, Альви взглянул на соседей по палате.

- Билл, насколько я помню, ты родился неподалёку от Каноса?

- Да, десятник, - насторожился худой блондин.

- У вас же есть свой язык, общий для тебя не родной?

- Он очень похож, но есть и различия – всё ещё не понимая, что от него хотят ответил парень.

- Отлично – потер руки Биттерс. – Я хочу выучить твой язык, а ты мне в этом поможешь.

Глава 7

Глава 7

- Люций, я не против, но ответь мне на несколько вопросов. Каких целей добиваешься лично ты?

Настоятель неспешно прохаживался по своему кабинету, а за высокими окнами билась в припадке метель. Снежные заряды били в окна из темноты один за другим, а в дымоходе камина едва слышно завывал ветер. Его собеседник, преподаватель полевой медицины и по совместительству кулинарии, сидел в углу на уютном диванчике и потягивал чай. Он лениво поглядывал на языки пламени в камине и время от времени ворошил в нём дрова.

- Как и говорил раньше, для них это ненамного опасней, чем резко бросить использование зелий. Умственный и физический спад, апатия и депрессия. Профессор Дайнгрей отмечал даже попытки самоубийств в подобных случаях. Но там были зависимости, не чета этим. – Отхлебнув чай, Люций задумался на минуту. – Да, причем три или четыре были успешны. За них его даже лишили грантов на пару лет и запретили исследования в этом направлении.

Я хочу продолжить его исследования, но зайти с другой стороны.

Поверь, Трентон, эти исследования гораздо важнее, чем пара лет в старости для этих мальчишек. Я готов отдать своё время, в обмен на возможность получить истинные данные. – Это чтобы ты не считал меня живодёром, но увы, я уже слишком стар для этого, да и эталоном считается молодежь до 20 лет.

Эта парочка на голой интуиции зашла так далеко, как не всегда получалось в своё время у некоторых профессоров в Такаре.