Аргония. Светлая сторона

Пиратов основательно проредили два десятилетия назад, как вышли на побережье. – отодвинул от себя тарелку сотник Тонфи. – Ветеранов хватит держать под контролем беспокойные области и границу на севере.

Флот Баноса надежно держит побережье. Там всё тоже спокойно. Островитяне на западе сидят тихо и явно молятся своей Моране, чтоб первыми мы принялись за Канос, а не за них.

Моё мнение, что зазря муштрует Трентон парней. Быть им холощёнными солдатиками, всю жизнь готовиться и помереть так и не обагрив мечи кровью врагов.

- Тёмных на мой век хватит. – Буркнул Альви, но его опять услышали.

- Тёмных? – да тебя быстрее отправят дворникам в столице помогать, чем охотиться на врагов веры и их приспешников. – Хмыкнул сотник.

- Вы на пенсию отправитесь, а буду охотиться на тварей и не успокоюсь, пока всех не уничтожу. Каждое гнездо со спящими рыцарями или магов, что мертвых по кладбищам поднимают. Червей кормить им в помойной яме им самое место, а не топтать землю под солнцем.

- Биттерс! Успокоился! – рявкнул на разошедшегося оружейник. – Мы за столом языками чешем, а не судьбы страны решаем. Что раскудахтался? Как решат в столице, так и будет. А Тонфи прав, что негде вам воевать и это на самом деле странно. В армию продолжают набирать так, будто мы воюем. Через десяток лет в каждом городке и деревушке расквартированы сотни и полки будут. Для чего это нужно, только в Такаре известно.

Опомнившись, Альви извинился и покинул стол. Такие вспышки его в последнее накрывали всё чаще. Лучшим способом снять напряжение служила долгая молитва или магические упражнения. Второе сейчас было невозможно, пришлось отойти в укромное место и опуститься на колени в молитве.

- Не знал бы, что ты усиленно каждый день машешь мечом и носишься по полям да лесам, - решил, что с жиру бесишься и тебе срочно надо выписать лечебную взбучку.

Приняв литровую кружку с настойкой, Биттерс кивнул с благодарностью и уставился на первые робкие звезды над горизонтом.

- Не знаю мастер. Клянусь Единым, не знаю. Да вы сегодня и сами всё видели. Миг и в меня как будто бешенная собака кусает. Готов всех убить, кто против слово говорит. Со стороны всё понимаю, но сделать ничего не могу.