Осколки Могущества

Как бы там ни было, на такую опасную вещь нельзя было просто махнуть рукой, а Нэфириэн он доверял больше, чем Гилэйд и магам из Академии.

Та кивнула, и ее ладонь, лежавшая на груди Нор, засияла уже знакомым Адри сиреневым светом. Этот свет становился все ярче и ярче. Сперва Адри прищурился, а потом ему и вовсе пришлось зажмуриться. Казалось, что сквозь сомкнутые веки он смотрит прямо на солнце, только необычного цвета. Наконец раздался низкий глухой звук, сопровождавшийся ударной волной, из-за которой повозка довольно сильно качнулась, и Адри, совсем не ожидавший такого, налетел на стену, неуклюже выпятив вперед руки.

Ребра ощутили удар о скамейку.

После этого свет начал тухнуть, и Адри, потирая ушибленный бок, аккуратно открыл глаза. Нор все также сидела на полу повозки, прислонившись к стене, но осколка в ее груди уже не было. Он ожидал увидеть кровь, но, видимо, Нэфириэн обо всем позаботилась заранее, и теперь о камне напоминал только небольшой шрам, а сама Нор, к счастью, все еще дышала, пребывая в забытьи.

— Ну что? — повернулся он к Нэфириэн, но сразу же понял, что ее нигде нет. На полу лежал кристалл, вот только он больше не излучал света. Адри подполз к нему и взял в руку.

"Эй, Нэфириэн, — позвал он мысленно. — Ты как?"

Ответа не было, и Адри заметил, что не ощущает тепла, которое обычно исходило от камня. Внутри у него все похолодело. Неужели, он, сам того не ведая, обрек свою напарницу на гибель? Он повертел камень перед собой, потряс, снова позвал Нэфириэн. Ничего не изменилось.

Странная вещица, которая раньше, удивительным образом, казалась живой, даже просто лежа в кармане, теперь ничем не отличалась от обычного куска какой-нибудь горной породы. Адри так и просидел несколько минут, просто глядя на похолодевший камень, пока громкий и крайне недовольный мужской голос не вывел его из оцепенения.

— Эй! Кто там балуется?!

Кричал местный конюх, судя по голосу, уже изрядно приложившийся к бутылке.

— Конюшня вам не место для игр!

Не хватало еще попасться пьяному конюху.

Адри резким движением запахнул плащ Нор, выскочил из повозки и скрылся в ночной темноте.

Всю дорогу до постоялого двора он так и не выпустил кристалл из руки, надеясь, что тот вот-вот снова станет теплым, а в голове послышится знакомый веселый голос, но этого не произошло. Даже когда он взошел по ступеням постоялого двора и толкнул дверь их с Хифай комнаты, камень оставался безмолвным. Девочка получеловек уже мирно спала на одной из кроватей, свернувшись калачиком.