Осколки Могущества

— Слушаюсь! — последовал энергичный ответ, и она тут же взмыла в воздух, помахав ему рукой. — На обратном пути попробую прихватить чего-нибудь съестного.

Адри тоже помахал ей, и направился обратно в пещеру. За ночь костер успел потухнуть, и его нужно было развести заново. За этим занятием его и застала проснувшаяся Эйви. Со словами "доброе утро" она вышла из пещеры, кутаясь в свою походную накидку. "К ручью пошла," — понял Адри. Даже в таких обстоятельствах его подруга пыталась, на сколько возможно, приводить себя в порядок, даже если это означало умываться ледяной водой.

Адри снова стало совестно. Отец Эйви не был богачом, но дочь хозяина деревенского постоялого двора все равно привыкла к теплу, размеренной жизни, возможности носить симпатичные наряды, получая комплименты от странников и местных жителей. А теперь она мало чем отличалась по виду от оборванки Хифай. Наверняка это лишний раз напоминало ей обо всем произошедшем. Адри очень надеялся, что однажды она сможет вернуться в родную деревню и продолжить дело отца, вот только ему в этой жизни места уже не будет.

"Или можно прикончить Эйнгара и всех его людей," — прозвучала в голове внезапная мысль. Адри помотал головой. Нет, он не хладнокровный убийца, и не полезет в драку первым. Уж лучше сбежать на окраину, туда, где Эйнгар его не найдет.

Наконец сухие травинки вспыхнули от искры, которую Адри высекал кремнем, и он поспешно затолкал их под сложенные домиком ветки. Вскоре огонь снова осветил пещеру. Где-то через час у него за спиной началось копошение, и Адри, все это время тупо пялившийся в огонь, посмотрел на проснувшуюся Хифай.

— Доброе утро, — произнес он, не надеясь получить ответ. Девочка как и всегда с опаской взглянула на него, промолчав.

— Сегодня мы уйдем, — добавил он, сам не зная зачем, но, к его удивлению, Хифай ответила:

— Плохие люди не приходить?

— Да, — сказал Адри. Делать было все равно нечего, поэтому он решил попытаться продолжить беседу:

— Слушай, а зачем вы на нас напали? Мы же не торговцы, скорее на беженцев похожи.

— Конь, — ответила Хифай. — Зима наступать. Уехать, иначе умирать. Холод.

Видимо, новость о том, что Адри и его приятельницы скоро уберутся восвояси приободрила ее, и Хифай стала не в пример разговорчивее, чем до этого.

— А почему вы с друзьями жили здесь, в горах? — поинтересовался Адри.

Хифай какое-то время помолчала, и он уж было подумал, что больше от нее ничего не услышит, но, наконец, она все же произнесла:

— Не друзья. Бежать от плохие люди.