Охотник

А, может, лежит себе Скегги дома — споткнулся по пьяни, ногу сломал? Хотя нет, одаренный же, уж выбить окно и заорать на всю улицу смог бы. Разве что удар хватил, но это тоже вряд ли. И молод еще, и сложен не так. Вот если бы речь шла о самом Олаве, крепко сбитом и краснолицем…

В доме, конечно, надо посмотреть, и с соседями поговорить, но по всему выходило, что расспрашивать придется в трактире. Не бывает так, чтобы никто ничего не видел. Или видел, да не понял, или видел и понял, но молчит. К тому же отхожее место в «Шибенице» стояло на заднем дворе, огороженном здоровенным забором, калитка в котором почти всегда — и уж точно ночью — была заперта.

Одаренному замок не помеха, даже изрядно пьяному, но зачем с ним возиться, если можно вернуться в трактир и спокойно уйти через открытую дверь? Поссорился с кем-то? Увидел кого-то, с кем встречаться бы не хотел? Или все-таки позарился на чужие деньги?

— Обещать, что найду, не могу, — сказал Гуннар, поразмыслив. — Могу только заверить, что искать буду честно.

— Начальник стражи не мог обещать и этого.

— Он не связывается с делами, за исход которых не может поручиться.

Надо же репутацию поддерживать. Впрочем, сам Гуннар тоже далеко не за все брался.

— Значит, мне придется удовольствоваться обещанием честных поисков.

— Сколько денег при нем было? — спросил Гуннар.

— Моих — задаток для одного одаренного и одного меча.

Значит, вряд ли сбежал с деньгами, невелика сумма.

— Вы действительно хотите знать, что с ним? Поиски обойдутся дороже.

— Это мой человек.

Если он мертв, я должен узнать, отплатить убийцам, если потребуется. Если сбежал — найти…

И тоже отплатить. Уж не был ли его степенство Олав Щедрый незаконным отпрыском кого из благородных? Это за ними подобное водится, купцы так не рассуждают. Впрочем, ему-то какое дело?

Проводив гостя, Гуннар глянул на небо. Пожалуй, расспрашивать соседей уже поздно, лучше подождать до темноты да влезть посмотреть, что там в доме Скегги. С замками он управляться умел, хоть и не одаренный. Занятно, что никто до сих пор не придумал плетения, защищающего дом в отсутствие хозяина, обходились замками да собаками.

Может, потому что одаренных на самом деле было совсем немного, если сравнивать с остальными? Это он который год рядом с ними крутится, вот и кажется, что куда ни плюнь, в одаренного попадешь. Размышлять о том, почему так вышло, не хотелось. Проще делом заняться.

Замок оказался хитрым, пришлось повозиться, оглядываясь да прислушиваясь, не идет ли стража.