Кальдур Живой Доспех VI

Какой ровный ритм, не смотря на напряжение и страх.

Так его сердце работало, когда они только познакомились, и Дукан с пару месяцев не имел доступа к табаку и вину, не нервничал и не занимался никакими страшными делами. Когда он набрал здоровьё как у быка, и ещё не испортил его их миссией и путешествием.

Он не врёт. Не очарован, не одурманен, не проклят, не запытан, не сломлен.

Просто это он. В чёрном. С чужим флагом на груди.

Будь у него какой-то план по поводу этих ублюдков, будь он настолько хорош, что выдержал все пытки и смог разыграть карту предателя, убедить их, что он на их стороне, чтобы потом потом переиграть и разорвать их на части.

То он бы просто подмигнул ей...

Вот и всё, что было нужно..

Она бы всё поняла.

Но он не врёт.

Не себе, ни ей. Не им.

Он с ними. А они с ним.

Нет больше старика.

Нет.

...Он всё понял по её глазам. Весь ход её мыслей, всё лавину её чувств и всю неотвратимость клинка Госпожи, который вот вот обрушиться на его голову. Он до последнего надеялся подмять её, запутать воспоминаниями, товариществом, родством.

Тем что был ей как отец, которого у неё отняли.

Но у неё слишком много отняли, чтобы внутри оставалась та маленькая девочка, которую помнил Дукан.

Он испугался. По-настоящему. И от этого испуга, а может от чего-то другого, в последнюю секунду его жизни, она увидела у него на лице даже не гнев, а самую настоящую чёрную ненависть, которая всегда идёт под руку с таким страхом.

Как старый дуэлянт, он с реакцией змеи, выхватил откуда-то из рукава короткий клинок и молниеносным выпадом почти достал её грудь.

Она так хотела, чтобы он заткнулся и перестал смотреть на неё, будто она в чём-то виновата, что забыла насколько этот ублюдок опасен. Он и не рассчитывал поразить её клинком, знал что не выйдет, не хватит скорости, даже когда он пробил её эмоциональную броню и отвлёк достаточно.

С руки, которую она отбила, ещё одной змеёй мелькнула колдовская удавка, успела нырнуть под броню, пока она снова не сформировала маску, и стиснула её горло такой хваткой, будто два коня пытались разорвать её пополам.

Она царапала когтями доспех, чувствовала, как кожа её рветься и течёт кровь, а жёсткий шнурок проваливается всё глубже и глубже.

Болты ударили в её доспех, остались в ноге, спине, животе и груди. Кто-то закричал боевой клич, и она услышал топот ног и приближающееся бряцанье оружия.