Срединный мир-2. Дорога в ночь

Они не вырубаются, не теряют сознания, не засыпают, просто за пару минут в их внешности происходят незначительные изменения и вампиры возвращаются к своему «идеальному состоянию». Мне же после почти десятилетнего воздержания пришлось не так легко, целебный сон был необходим. Хотя бы как естественная защита организма, всё-таки происходящие изменения отнюдь не безболезненны.

— Странно, — ответил я честно. — Но зато себя чувствую абсолютно здоровым и полным сил... Cкажи, сколько я проспал? Что ты вообще видел?

В сарае было сумрачно, тусклые лучи, пробивающиеся сквозь многочисленные щели, нормального освещения не давали.

Мне, конечно, это ничуть не мешало, я даже в кромешной тьме хорошо вижу. На улице с одинаковой вероятностью мог быть пасмурный день, вечер или утро. Нет, только не утро. Я не мог так долго проспать.

— Не знаю, — Сажа задумчиво покосился на дверь. — Часа четыре, около того. Я уже пару часов как проснулся. Вы... У вас горячка была, судороги, вы как в припадке бились. Я очень испугался, тормошил вас, пытался разбудить.

Но всё без толку. А потом вспомнил, ну, что вы предупреждали.

— Извини, что напугал, малыш.

— Я не... Джаред! Я больше не буду звать вас Капитаном, но и вы тоже... Я не малыш!

— Хорошо, Сажа, — усмехнулся я. — Договорились.

— А вы знаете... ну, как именно изменились? Это всегда происходит одинаково?

Тяжелее всего мне пришлось в первый раз. Мне тогда было уже сорок два, и я знал, что моему организму время от времени жизненно необходима кровь.

Были мне известны и максимально допустимые интервалы между приёмами. К счастью, я вампир только наполовину, а потому у меня эти интервалы раза в полтора-два больше, чем у других вэров.

Я не рисковал, не тянул с приёмом живительной жидкости до последнего. И всё же сорвался. Внезапно, ни с того ни с сего, меня накрыло волной безумия, холодной ярости и всепоглощающего голода. Очнулся я под утро на полу кухни, весь в крови. Чужой крови.

К счастью, я плохо помню, что тогда происходило.

Но кое-что мне никогда не забыть.

В тот злополучный вечер я ужинал у любовницы, и когда я утром прошел в столовую, то увидел следы своего пиршества.

Я не понимал, что со мной произошло, почему сорвался... Ведь не было никаких предпосылок, да и кровь разумных я пил меньше года назад.

Но стоило мне поймать отражение в зеркале, как я понял всё. Произошел, как говорят вэры, «откат к идеальному состоянию». На меня из зеркала смотрел... я, тридцатилетний.