Эра героев. Тайная стража

Тогда управляющий и прикрыл эти штольни, – подземник указал область на карте.

Александр деловито кивнул, на деле не берясь угадать, в каком направлении им следовало двигаться.

– Рудные жилы уже истощились, но работать было можно. А ведь обычно мы выбираем все до малейшей крупинки. Но грузы в эти шахты до сих пор регулярно отправляют. И каждый раз тайком, после отправки очередного каравана, – шахтер почесал остатки обгоревшей бородки. – Напрямик мы туда не пойдем, наверняка все подступы охраняются. А вот в обход, через старые рудники, туда можно попасть.

На общих картах тех тоннелей нет. Но каждая бригада исстари оставляла для себя пометки, и эти черновики сохранились до сих пор.

– И что может быть в тех тоннелях?

– Думаю, что руда, – усмехнулся гном. – Которую управляющий «случайно» недоложил в ящики. Только вот откуда у него взялась уверенность, что пропажу никто не заметит, а?

«Интересно, а фотографию здесь уже изобрели? – подумал Александр, идя вслед за шахтерами по туннелю. – Без доказательств обвинения будут звучать смехотворно, если только не притащить на себе ящик с рудой в качестве улики.

Едва ли честному и справедливому суду сеньора бургграфа для шантажа и вымогательств хватит одного моего слова».

Илларион Пустынная Змейка. Так именовали его те немногие богатейшие шейхи южных земель, которым довелось видеть его два раза в жизни. Первый, когда вельможи говорили о том, что должно случиться. И второй, когда они расплачивались за уже произошедшее. Правда, бывали и те, кто не платил.

И с ними он встречался в третий раз. Но таких людей было мало. И с каждым разом становилось все меньше.

Даже в этих северных краях Илларион не сменил свою безрукавку. По бокам, в нашитых карманах, таились метательные лезвия, покрытые темной краской, чтобы не блеснуть даже в отраженном лунном свете. Одеяние не стесняло движений и не могло выдать его. Что же до комфорта… О том, чувствовал ли ассасин холод, поведать мог бы только он сам. А на его отрешенном лице никогда не проявлялось ни единой эмоции.

Лишь когда уходила чужая жизнь, в глазах на миг проносилась тень удовольствия.

В пояс вшиты маленькие баночки. В каждой – особый яд. Один мазок по оголенной коже – и обреченный упадет буквально через минуту, корчась в судорогах, с пеной изо рта. Вдобавок для поездки в эти земли ассасин приготовил специальные настои. Для особых, местных монстров.

Месяц назад Илларион обнаружил своего очередного заказчика мертвым. Убийцы не оставили никаких следов.