Изорванное знамя

И зловонном – глаза неимоверно слезились и все нутро так и стремилось вырваться наружу. Темно, хоть глаз выколи. Нэцо попытался приподняться, но ничего не вышло – тело как в желе повязло. Дышать было нечем, и вскоре он начал совсем задыхаться и трепыхаться. Живот словно втягивался сам в себя, и глаза лезли на лоб, точно хотели взорваться…

А потом это прекратилось. Внезапно, совсем неожиданно. Нэцо распахнул глаза и с громким хрипом резко вздохнул полной грудью. Мигом опомнившись, он оглянулся: нет, ничего не изменилось.

Он очнулся там же, где и потерял сознание и связь с реальностью. Среди трупов и оторванных конечностей. И из-за телеги на него глядело рваное на лоскуты тело Инэви.

Нэцо закрыл лицо запачканной влажной грязью рукой и заплакал, не сдержавшись. Да и не собираясь сдерживаться. Слезы текли рекой, но Нэцо в сей момент даже не понимал, от чего. От очередной потери, от страха, от безысходности, или от этой пронизывающей все вони? Ни одна из мыслей не задерживалась в его голове.

Только слезы, всхлипы и вонь.

Из беспрерывного рева его вырвала Роката. Малявка со всей дури долбанула Нэцо по голове, что тот невольно заткнулся и прекратил распугивать всю округу своим страшным гудением, присущим совсем уж маленьким детям.

- Что? – спросил он, не опомнившись, хлопая глазами, стараясь разглядеть хотя бы собственный нос.

Перед ним недвижимо развалилась Роката, только что, видимо, свалившаяся с телеги, как и сам Нэцо чуть заранее до нее.

Упав ему на голову, и чудом не свернув ему и себе шею, она теперь лежала как труп возле потертого колеса повозки, и только дыхание выдавало в ней жизнь.

Но Нэцо не было дела до нее, сейчас. Он схватился за больной затылок сжался калачиком, прислонившись к повозке. И наконец его достигла безмолвная тишина: никаких обрывков воспоминаний, никаких отзвуков мыслей. Только звон в ушах. Словно бы сам лес в округе умер, и оставил его наедине с собой.

Он вновь немного очнулся только тогда, когда кто-то его хлестнул шершавой ладонью по щекам. Открыв глаза, Нэцо не смог разглядеть, кто это был. Он видел только силуэт, в чем-то темно-коричневом. Но ни лица, ни самой одежды разглядеть он не смог. Глаза будто бы застлало пеленой, как после неудобного сна.

- Эй ты, живой? – спросил его некто. – Не спишь?

Нэцо не отметил, но вяло мотнул головой.

- Эй, парни! Тут пацан выжил.