Забытые хроники: Падший

Точно такой, как его описывал гонец из Ксара, за исключением того, что на мальчике одежда была изорвана в клочья и теперь свисала лоскутами. Вряд ли это работа Строителя, поэтому правитель решил, что мальчишка, скорее всего, наткнулся на стаю диких зверей. На самом Наршале, разумеется, ни царапины.

Мальчик вскинул голову.

- О, боги, - сказал он каким-то странным неестественным голосом. – Старик! Какая приятная неизбежная встреча.

- Лизантина, - Мыслитель нахмурился. Он понял, что голос этого мальчишки и девушки смешались в один, откуда и взялась эта неестественность.

Мальчик продолжал стоять, вскинув голову и улыбаясь.

- Мой милый сегодня в очень плохом настроении, - продолжила Лизантина. – Добраться до Кволсты оказалось немного… трудней, чем я предполагала. Так что будь любезен, давай закончим прямо сейчас. Или ты спустишься ко мне, или мне придётся поубивать всех, кто стоит на нашем пути.

VI

Прилона принялась колотить в дверь.

- Что происходит? Дорвн, ответь!

Регтал стоял по ту сторону. В глазах читалась грусть и печаль. Он рад, что делает это, чтобы спасти жизнь девушки, но что будет потом, когда Прилона всё узнает?

- Прошу прощения, миледи. Позже я приму любое наказание, а сейчас, прошу вас, не тратьте силы.

- Что-то с папой? – прервала его Прилона, но бить в дверь перестала. – Что с ним? Неужели…

В комнате Уединения нависла тишина. И вдруг в дверь начали стучать с новой силой.

- Дорвн! Слышишь? Выпусти меня! Выпусти! – кричала Прилона сквозь плач. – Это приказ.

Дорвн опустил голову. Его сердце было непоколебимым, ведь на нём лежала ответственность за жизнь девушки. И если враг проберётся сюда, то он непременно остановит его любой ценой.

Прилона, прекратив свои попытки, обессиленно упала на пол.

- Я не хочу его потерять… - раздался едва слышимый голос.

«Да. Я тоже», - подумал Дорвн.

VII

- Я не могу оставить тебя просто так, старик, - Лизантина усмехнулась. – Вы сами создали этот круг. И твоя смерть разорвёт его.

Мыслитель бегло посмотрел на своих солдат. Лучники держали Наршаля на прицеле, но в их глазах читалась неуверенность. В тот день мало кому довелось увидеть, на что способен враг, ведь большая часть солдат погибла.