Оружейный Барон

– Ты меня за грудь схватил! Сейчас же отпусти!

– Упс… Пардон, я не специально, – убираю руки и вытягиваю их по швам. – Давай сама тогда.

– Пытаюсь… Говорю же, ноги онемели…

Не хотел лапать её без спроса, но оно вышло само собой. Обидно, что и не потрогал толком ничего, и клеймо извращенца получил. Вряд ли Анжелика поверит, что я сделал это случайно, ведь она видит меня матёрым уголовником восемнадцати лет. А там гормоны, либидо, амбиции…

– Ура! – облегчённо выдыхает Анжелика. – Я смогла.

– А я уже думал, ты всю дорогу будет вошкаться, – пытаюсь пошутить, дабы разрядить обстановку.

– Тесно… Кажется, у меня начинает развиваться клаустрофобия.

– Ой да ладно тебе. Расслабься.

– Чтобы ты опять мог меня потрогать? Ну уж нет! – я чувствую жар её дыхание на своём подбородке.

– Говорю же случайность. Поверь, если бы я хотел, то облапал бы сразу, как только нас запечатали.

– Нет, ты специально выждал подходящий момент и воспользовался им.

– Ага, конечно. Я похож на девственника-терпилу, который будет часами ждать заветную морковку?

– Ну не знаю…

– Если я хочу что-то заполучить, то начинаю действовать сразу, а не хожу вокруг да около.

– Коля… – шепчет Анжелика.

– Я вижу, что ты недотрога. Возможно, даже девственница.

– Коля!

– Прости за грубость, но я частенько говорю то, что думаю. Поэтому раз я сказал, что это была случайность, значит, так оно и было! – повышаю голос.

– Ладно, ладно… Прости, что пыталась выставить тебя извращенцем…

– Вот и славненько.

После этой перепалки мы едем молча, слышен лишь звук двигателя и колёс. Я неожиданно понимаю, что на дорогах нет ни одной ямы или выбоины! Как так-то? Не узнаю Россию-матушку…

Если бы мы ехали по тем дорогам, к которым я привык, то по приезду нам с Анжеликой понадобились бы два новых позвоночника. А может, и по целому комплекту рёбер.

Но в этом мире всё не так – наш грузовик плывёт по асфальту, точно бумажный кораблик по тихой речке.

Сперва, конечно, сон… Если бы не случай с грудью, я бы уснул прямо тут, в ящике. Вот бы Анжелика удивилась, когда я захрапел бы посреди поездки.

Проходит ещё минут сорок, прежде чем грузовик останавливается на обочине. Я слышу мужскую речь: кто-то яро о чём-то спорит.

– Не нравится мне это.