Пробоина 1: Магия вето

И что-то там, за тонкой стенкой-скорлупой, мечется и глухо шумит. Словно пересыпается гравий… Нет, уже будто вода льётся. Или это пламя бьёт, вон даже отсветы бликуют, словно тени двигаются.

На хрен, нужно выбираться! Я напрягся, пытаясь выскочить обратно, развернуться в тело Василия.

И обнаружил себя лежащим на гравии. Нож в паре сантиметров от руки, а передо мной ноги Грома. За ними я вижу «комка» – он рычит и мечется, вгрызаясь в землю, будто пытается разрыть нору, в которой спрятался вкусный суслик.

На землю капает кровь с рукава рубашки Фёдора…

– Чушка, ты живой?! – нервно вырвалось у крепыша.

Я подхватил нож и вскочил.

– Да.

– Вася! – Гром развернул круглые глаза, – Я лунит выбросил!

– А? – я хлопнул по карману.

Кажется, мой кусок был ещё при мне.

– Лунит, твою мать! – Гром мотнул головой, и процедил сквозь зубы, – Целое состояние… просто в пробоину спустил.

На левом предплечье у него виднелись явные следы зубов, и, кажется, крепость кожи Фёдора тварь совсем не впечатлила.

Я снова кинул взгляд на тропу. Мелькнули глаза наблюдателя, но потом он вдруг присел, прячась за камнем.

Оглянувшись, я увидел, что девушка лежит без сознания.

– Что с ней?

– Я вырубил её. На меня кинулась, – Гром повёл шеей, – С ума, что ли, сошла?

Тот незнакомец так и не вылезал из-за камня.

Что сейчас случилось? Я отразил коконом пси-удар? Или этот хмырь понял, что меня не возьмёт, и кинул «контроль разума» на девушку?

То, что это контроль разума, и так было понятно.

– На хрен пошёл, – продолжал причитать Гром, будто пытаясь отпугнуть, – Чтоб ты подавился, урод!

А «комок» так и рылся в земле, что-то там раскусывая. Иногда он кувыркался, начинал ёрзать на спине, как балдеющая от валерьянки кошка, и каменистая почва просто вспахивалась от гривы монстра. Но тут же он снова вскакивал и начинал рыть страшенными когтями землю.

И вдруг до меня дошло… Цепь событий замкнулась в цепочку.

Тот, который на тропе, просто натравил на нас эту тварь.

– Гром, ты видел? – я ткнул пальцем в сторону тропы.

– А?

В этот же момент фигура за камнем выпрямилась. Незнакомец поднял руку.

– Это кто? – Гром повернулся ко мне.

– А я знаю, жжёный ты пёс? – выругался я.

И снова пахнуло псионикой. Да с такой злостью, будто этот, на тропе, был в ярости.