Пробоина 1: Магия вето

– Да-а-а, – в очередной раз перезаряжаясь, сказал белобрысый, – Это ладно, Карлик. Вот помню, на Жёлтом Ординаре стояли…

Он оборачивался всё чаще, поглядывая на луну. Белый диск уже пересекал край Пробоины с другой стороны, но теперь не переходил на розовое закатное небо.

Он словно срезался кляксой, уходил вглубь, куда-то внутрь. Я смотрел и не мог поверить. Там и вправду дыра! В небе… не знаю, в космосе или где ещё.

Но там действительно, твою псину, Пробоина. Самая натуральная, лучше названия не придумать…

– И вот там вылез каменный вывертыш, – продолжил белобрысый, – А его даже с пушки не завалишь.

– Язык свой в пробоину засунь, не поминай лихом, – выругался Мяч.

– Так луна там, неудобно ж, – засмеялся Сивый.

– Сивый, а ты язычком бочком, бочком, – отозвался ещё солдат.

Я слушал их весёлую ругань, наблюдая, как солдаты метко снимают прыгающие в траве белые искрящиеся спины.

А мои пальцы так и подрагивали, словно это я каждый раз на спуск нажимал, а не они. Медленно, медленно они заряжают, расслабленно.

Нужно быстрее. А расслабиться можно, когда целишься. Слиться с мишенью, ощутить её на вдохе, на выдохе…

Признаюсь, мне часто помогала псионика в этом, я прямо чувствовал, как пуля пойдёт. А иногда мне казалось, что я могу направлять её полёт.

– Лево, лево берите! – заорал Мяч, – Да они чего там, уснули, что ли?!

Одна из белых тварей, кажется, добралась до каких-то окопов. Послышались крики, странное рычание.

– Недолунки хреновы, – орал Мяч, пытаясь одновременно смотреть, что там сбоку происходит, и стрелять по бегущим к нам мишеням.

Я лишь стискивал рукоять сабли, теперь понимая, чего так боялись эти солдаты. Кажется, из того окопа уже не стреляли.

Хотя нет, звучат одинокие выстрелы, но туда, кажется, уже нырнула ещё белая тень.

– Эй, вылунь! – Мяч обернулся ко мне.

Я лишь приподнял брови, а он заорал:

– Чего встал, в задний окоп иди! Сивый, ты с ним, сейчас ведь пойдут слева.

Белобрысый кивнул, махнул мне головой.

Мы перебежали назад, туда, где стоял деревянный стол.

Потому что оттуда выпрыгнула белоснежная тварь и понеслась к нам. Здесь было гораздо лучше её видно, и я понял… что ничего не понял.

У неё вроде были лапы, голова, грива из прозрачных, словно стеклянных, сверкающих на солнце игл. Но вот морда словно отсутствовала. Ни глаз, ни ушей, только белый овал.