Пробоина 1: Магия вето

– А можно узнать подробнее, кто я, Арина Бадиевна? – спросил я, – Может, это поможет восстановить память.

– Не поняла.

– Ну, досье почитать?

Её брови подпрыгнули, и я понял, что позволил немного больше, чем было отмеряно студенту.

– А чайку тебе не налить крепкого, как оракул Громову советовал? И к пульсару своему посидеть отправить?

– Пульсару?! – удивился я.

– Давай, давай, Ветров, – Соболева похлопала меня по плечу, – Иначе будешь у меня драить лазарет за провинность.

Удары становились ощутимее, намекая, что надо вставать.

– Но, Арина Бадиевна, – я встал, цепляясь за последнюю соломинку.

– Я бы и рада, Ветров, но ваших досье у меня не водится, – вздохнула Соболева.

– А у кого водятся? – чуть слаще спросил я и неожиданно приобнял её за талию, слегка улыбнувшись.

В нашем госпитале мне это пару раз помогало получить некоторые поблажки. Ну, тем более, я знал, что девочки там ко мне были неравнодуш…

– А-а-а!!! – меня отнесло от целительницы, и я воткнулся бедром в стол.

Всё тело словно током шарахнуло – обе её ладони сработали, как электроды дефибриллятора. Я упёрся в стол ладонями, ловя круги перед глазами.

– Ты реально память потерял, Ветров, – Соболева грубее вытолкала меня из кабинета, – Надеюсь, эта встряска тебе поможет, сударь.

– До сви…дания, Арина… кха… Бадиевна, – просипел я, прислонившись лопатками к стенке в коридоре.

– А теперь прошу извинить, – она, не обернувшись, исчезла в проёме напротив.

Отсюда я уже видел там ряды кроватей, на которых сидели студенты. Над ними суетились санитары и медсестрички, и, судя по гомону из лазарета, ситуация была напряжённой.

Я постоял некоторое время, приходя в себя. Да, Тимофей, с этим телом надо немного попривыкнуть. Тут нет косой сажени в плечах, и девицы не будут так таять, когда их обнимает тощая рука.

Конечно, ещё и субординация повлияла – я студент, а она… ну, я должен был попробовать. Хотя что тут говорить, ощущения были приятны.

А мой Василий, кажется, в шоке. Ощущение пришибленности – у него не тряслись коленки, и вообще никаких эмоций.

Вот так, Васёк, с бабами-то надо. Уверенность, и больше ничего.

Видишь, нас отшили. И что? Живы, здоровы.

Ответа не последовало.

Я выпрямился, отодвинувшись от стенки. Нет, конечно, и меня такое ранит, но все эти обиды остались в моём студенческом прошлом.