Эдемский Маг. ТОМ I

В воздухе повис аромат чего-то палённого, видимо идущий от множества горящих тел, бегающих в разные стороны. С раскрытыми руками, будто бы хотя объятий, люди падали наземь, обуглившиеся и ставшими чёрными, как копоть.

Огонь, будто передавая эстафету, перебегал с одного прилавка на другой, с обжорством акулы пожирая тонкое дешёвое дерево. Крик, свист в ушах, огонь, окруживший Саркиса со всех сторон, тянувшейся вверх чёрный плотный дым — в таком ситуации любой с лёгкостью потерял бы голову, растерялся и не смог бы проанализировать творящееся в округе безумие.

Однако даже в этом аду, в окружении криков, смертей и запахов палённого мяса, эдемский маг подбежал к тому самому покупателю, к той самой жертве огненного теракта, что сейчас каталась по чёрной обугленной земле, в попытках сорвать со своего тела оплехших его руки и ноги длинных огненных змей.

Посох в руках мага завибрировал и каменное навершие замерцало ослепительным синим светом. Лёд, сорвавшийся с трости, накинулся на голодные огненные зубы, превращая их в недвижимые пафосные статуи.

Внезапно на все прилавки, на всех барахтающихся, кричащих и бегающих людей набросилась метель. Снег тут же накрыл собой и огонь, и чёрных, как сажа, несчастных свидетелей нападения. Сугробы в считанные секунды прикрыли магазинчики, закрыли их, будто белёсые одеяла. Ледяная корка поползла по людям, в одночасье останавливая залезших на них буйных огненных зверей.

Метель закончилась также неожиданно, как и началась. Всё сразу стихло и казалось, что такого ужасного грохота и быть не могло в этакой снежной глуши.

Люди, кто смог выжить в пожаре и выкарабкаться из высокого давящего сугроба, приходили в себя, отряхивались и молили бога о долгих годах жизни. Эдемский маг явно перестарался. Из его тела выходил сизый дым, глаза покраснели, словно свежие ягоды, а тело неистово зудело, иногда отказываясь подчиняться. Слишком много маны ушло на такого рода чары.

Посох был горяч, будто арабский мужчина. Ему досталось ну точно не меньше его обладателя и Саркис прекрасно понимал его, своего полезного фиолетового друга.

— Брат, держись. Будем стараться работать реже, иначе ты совсем треснешь. — приговаривал Саркис, поглаживая уставший разгорячившийся посох.