Эдемский Маг. ТОМ I

Словно кучка муравьёв, они разбегались в разные стороны, лишь бы не пропасть окончательно.

Обычно суровое лицо этого человека сейчас выглядело удивлённым и даже потрясённым — настежь распахнутые звериные глаза, трепещущая кожа, будто попавшая под неимоверно сильный ветер, чёрная плотная куртка, штаны, цвета вороньего крыла, подпоясанные железным ремнём, на пряжке которого красовался свирепый скалившийся волк.

Абсолютно каждый человек такое путешествие пережить был не в состоянии, что косвенно указывало на сильный характер, могучее телосложение и стойкий непоколебимый дух летящего сквозь время.

У него была цель, а у цели был он. Скованные по рукам и ногам, жить они могли лишь вместе, бок о бок, плечом к плечу, как самые близкие друзья. Никакой поток времени, никакие смерти внизу, никакой, невольно пробуждающийся страх перед неизведанной природой не могли остановить мужчину. Эти жалкие причины могли вызвать лишь улыбку, так редко появляющуюся на его северном суровом волчьем лице.

"По прибытии, лишь бы память не отшибло.

Цель в одной руке, имя в другой. Нос вздёрнуть к небу... "

Саркис действительно никак не мог уразуметь в своей голове наличие такого полёта в природе. Даже представить было сложно, что можно совершить один шаг и оставить позади людей, города, страны и историю.

В глазах всё поплыло. Из уголков проступили серебряные слезинки. В обычный день Саркис бы непременно хлопнул себя по голове своей огромной ручищей или же позволил руке поднять огромный камень и шмякнуть им о свою выпяченную грудь.

Он считал слезы уделом слабых, глупых и немощных. Однако сейчас, в окружении некого светового безумия, чернющий богатырь мог лишь прикрыть глаза, чувствуя бешеный поток вокруг своего тела, что позволял Саркису оказаться в будущем, сохранив бессмертное, сильное и прекрасное тело.

Даже это невиданное цветовое мельтешение потихоньку становилось в один ряд с привычными явлениями. Человек — удивительное существо. В отчаянной ситуации он адаптируется к любым вещам, что раньше могли казаться ему нереальными, странными и даже где-то безумными.

Саркис даже не понял, когда всё завершилось. В один момент, словно по щелчку пальцев неведомого бога, всё остановилось. В глазах — темень, в ушах — непрекращающийся звон, сердце стучит так сильно, что непонятно как оно ещё осталось в грудной клетке.

Так же внезапно, как завершилось безумное перемещение, Саркис отрубился, рухнув на холодный каменный пол.