Клинок, рассекающий демонов: Дыхание крови

Пальцы на руке, не восстанавливающиеся после демонического искусства шестой низшей луны, я смог восстановить после того, как обрезал пораженную плоть. С глазами такое не получится провернуть, я опасаюсь, что задену мозг. Лучше ходить безглазым, чем безмозглым.

Так вот, проснулся я поздно, и обнаружил на соседних от меня койках Танджиро и Иноске. Я нигде не чувствовал их клинков Ничирин. Это довольно странно, ибо Охотники всегда ходят с катанами. И, самое поразительное, Иноске не спал, но при этом лежал спокойно.

Танджиро, судя по "присутствию", был вполне здоров, хоть и сильно измотан. Он разговаривал с Зеницу, койку которого переместили сюда же.

У Зеницу воспоминания перемешивались. Он принимал все в "боевом состоянии", как сон или нечто подобное.

Я встал с кровати и, спотыкаясь, подошел к койке Танджиро.

-Привет.

-Казума? Что ты здесь делаешь? И почему у тебя повязка на глазах?

-Я убил одного из демонов Двенадцати Лун, но при этом лишился глаз.

-А... Э?! И ты так спокойно об этом говоришь!?

Зеницу влез в разговор:

-Меня больше интересует, почему он вообще начал говорить! Я только привык к его жуткому молчанию, так теперь еще и к жуткому голосу привыкать надо!

Танджиро дал ему крепкий подзатыльник.

-Зеницу! Он же сейчас и так расстроен!

-Да ты посмотри на его рожу. Где ты там видишь грусть?! У него даже уголки губ немного приподняты, и мне кажется, что он постоянно улыбается! Причем очень жутко!

-Казума... Мне очень жаль, что с тобой приключилось такое.

..

-Ничего, я уже успел приспособиться. - усмехнулся я. Все-таки приятно, когда за тебя беспокоятся.

-Кстати, Танджиро, а что с Иноске? - спросил Зеницу, - Он какой-то тихий и угрюмый...

Я уловил еле слышный голос Иноске, заглушаемый кабаньей маской:

-Я слишком слаб...

Ну, все с ним понятно.

Развернувшись, я обернулся к Зеницу.

-Пойдем тренироваться.

-А?

-Хватай клинок и топай за мной.

-Э?! Но ты ведь слаб и слеп...

-Забудь об этом.

Еще вчера я попросил свободное хаори, которое можно с легкостью скинуть с тела.

Дыхательные техники делают чувства человека острее, и при помощи осязания я, думаю, смогу определить, близко ли стены, или нет. Иноске во время нашей драки сильно полагался на это чувство, думаю, и мне надо его развивать. Ведь больше глаз-то у меня нету.

Я подобрал свой клинок, полагаясь на "чувство присутствия" и вышел на улицу, проверяя руками, где стены, и пытаясь почувствовать их осязанием и слухом.