Тайна горного озера

Нужно было только «по уму» распорядиться новыми фактами.

– Ну а дальше, что было, когда вернулся из лагеря? Нашел тебя советник Ласнер?

– Вернее, я его. И даже не самого советника, а его вдову.

Узнал парень, что важный чин не дождался возвращения посланца.

– Сам-то генерал подорвался на партизанской мине. Но туда ему и дорога. – заявил старик. – Хотел отсидеться в бомбоубежище, пока другие для него каштаны достают из огня.

И действительно выходило именно так. Ведь, что и говори – на верную смерть посылал он Курта Штернберга в Варшаву, когда уже через несколько дней собирались сдавать ее русским.

– Ни в жизни не поверю, что он – партийный бонза, не знал всех подробностей, заметил ветеран. – Только, впрочем, что мы все о нем, да о нем.

Старик потянулся за новой сигаретой, прикурил ее от огня, протянутой внуком, зажигалки, и глубоко затянулся ароматным табачным дымом:

– Попервой, как только выбрался с Восточной зоны оккупации и не представлял на что жить.

Поведал он внуку, что успел тогда горько позавидовать другим, которые хоть успели кое-что с фронта привезти, прихватить с собой фамильные драгоценности.

– А он вот даже узелок свой варшавский на чердаке оставил.

Это потом пособие назначили как ветерану войск СС.

В первые же дни, едва сошел с попутки в Мюнхенском пригороде, готов был хоть с протянутой рукой идти. И тут вдруг услышал, что есть неподалеку имение богача Ласнера…

Долго тогда не хотела открываться тяжелая дубовая дверь роскошного особняка перед оборванцем в потрепанном воинском мундире.

– Передайте генералу, что это я – барон фон Штернберг, – прокричал посетитель сквозь зеркальное стекло дворецкому.

Но тот оказался незговорчивым.

– Господин советник погиб в январе 1945 года, – донеслось из-за двери. – Вдова же никого не принимает.

Это обстоятельство совсем выбило из колеи незваного гостя.

– Как так – погиб? – разочарованно протянул Курт.

Комкая в кулаке, машинально сдернутую с головы шапку, он повернулся и пошел прочь.

Хрустя истоптанными ботинками белым ракушечником, покрывавшем дорожку до самого выхода из старинного парка.

Того что темной кроной столетних елей пытался отгородить этот частный мирок от всех потрясений истории. Да не сумевший это сделать.

– Постойте, господин барон, – донеслось вдогонку. – Фрау Ласнер готова принять Вас.

…Помощь влиятельной вдовы тогда значительно облегчила положение беглеца из Восточной Германии.