Во имя порядка: на закате древней эпохи

Такой избыток дельцов просто поражает и возможен от того, что уже как два года не гремят битвы, разбойники загнаны в самые тёмные и глубокие норы, а новая власть стремится к справедливости во всех сферах, ну или по крайней мере пытается сохранить стабильность.

Рынок же стал одной из городских артерий, где кипит жизнь. То тут и там можно услышать возгласы, несмотря на то, что до конца работы остаётся пара часов:

- Подходите! – кричат торговцы. – Лучшие вина из Арка, лучший жемчуг! Не пропустите!

- Ткани! Порча и атлас из Дюнного! – перебивает его другой купец.

- Ледяные когти, лунная морковь, белошампиньоны, чистогриб и прочие диковины с алхимических ферм Фогвилля!

«Как же всё изменилось», - восхищённо подумал парень, вспоминая, что два года назад рынок Речного это пара лавок и колодец посредине, а сейчас он превратился в самую настоящую крытую торговую площадь, где око радует живость. Из кожевенной мастерской вырос целый цех по производству лёгкой брони, на востоке дом торговца Курро превратился в часть рынка, став ополотом Гильдии Купцов Речного, где предлагают самые редкие товары и услуги в этих местах, ведут сотрудничество с Ост-Эндеральской торговой Компанией и регулируют цены.

- Фриджидиэн из Арка! – окрикнули эндеральца, который стоял посреди торговой площади Речного.

- Да, - откликнулся парень, чувствуя, что ветер прорывается через роскошные ткани, раскинутые над рынком, – кому я понадобился?

Навстречу парню, облачённому в простую светлую рубаху, подпоясанную широким ремнём, прикрывающей свободные штаны, уходящие под высокие сапоги, вышел мужчина лет сорока. На нём слабо колышется коричневого цвета камзол из кожи, лежащий на такого же цвета жилетке. Волнистые волосы придавлены тёмной треуголкой.

- Джакомо Гарибальди, - пошёл на встречу мужчине парень, - я тебя уже полгода не видел. Что же ты тут забыл?

Оба мужчин сблизились и заключили руки в крепком рукопожатии, стоя посреди рынка, у самого колодца, облепленного ящиками, бочками и парой торговых лавок.