Тишина камней

Он вдруг подумал о том, что не предупредил отца об отлучке. И Майя смотрела так пристально, словно прощупывая насквозь. Девушка явно поняла, что перебарщивает с вниманием, перевела взгляд на таинственную гладь воды, в которой отражалась и мерцала солнечными бликами зелень, окружившая озеро.

– Как думаешь… – Майя хитро прищурилась. – Мое имя будет звучать рядом с твоим?

Сердце у Ри защемило и почти остановилось, ладошки вспотели, он потер затылок, глубоко и медленно вздохнул, лихорадочно соображая, имеет ли Майя в виду “звучать вообще” в смысле “пройдем ли мы ковари” или “звучать просто”: красиво ли, звучно и что-то подобное.

Его вдруг объяло желание укусить себя за плечо, он ясно и отчетливо осознавал, что, если бы получилось, ему стало бы определенно легче, он ясно и отчетливо чувствовал это место – жаждущий укуса бугорок напряженной мышцы. Ри попытался неловко дотянуться – не получилось, и испугался, что Майя могла заметить глупую обреченность на его лице

– Майя лан Рийя, – мечтательно пропела подруга, и Ри потихоньку выдохнул, нервно почесав переносицу.

– Вам-то, девкам, что, – буркнул Ри, лишь бы говорить о чем-то другом, – ну окунулась с избранником в холодющий родник, ну пошаталась денек связанной лентами и все – получи новое второе имя. А нам всю жизнь ходить с мамкиным.

– Так уж прямо и всю? Соверши подвиг во славу Старых земель или что там у вас, мужичков, положено? И получай “Несокрушимый”, “Неуязвимый”...

– Сравнила, – ухмыльнулся Ри.

– Конечно, для этого нужно покинуть Энфис… – Майя многозначительно расправила плечи и потянулась, не поворачиваясь к Ри.

– И вроде бы несложно. Взять хотя бы Атаранги – недалеко, и карги там не под запретом… Устроиться учеником кузнеца, например… А мне бы подошла роль помощницы портнихи. Для начала.

– Ты это серьезно? – Ри улыбнулся, и улыбка застряла на оцепеневших губах.

Майя робко пожала плечом, полу-обернулась и обрушила на бедного парня безграничную доверчивость и бездонную истому голубых глаз.

– Мы будем вместе, Ри: ты и я. У нас будут дети… Ты разве этого не хочешь?

Во рту пересохло, Ри выдавил: “Хочу”, а мысли о том, почему для этого нужно куда-то бежать, растворялись в искрящейся хлазе глаз Майи. “Как же нечестно” тонуло, “Папа не знает” захлебывалось в “У нас будут дети”, “Несокрушимый”...

Майя продолжала топить одно и вытягивать к поверхности другое:

– Я устала от постоянных упреков, Ри: все я не так делаю, не о том думаю.