Тишина камней

– Пока еще не поздно.

***

Замок Владетеля Гирей был огромен и неуклюж. Сотни маленьких комнатушек, бесконечные узкие коридоры – складывалось впечатление, что его строили, чтобы стеснить свободу и волю подданных. Просторными были лишь покои хозяина да коридоры, ведущие во внутренний дворик, обеденный и церемониальный залы.

К тому времени, когда из комнаты Владетеля вышли лекарь и Кайранджахау, в коридоре столпилось порядочно знати и ближайших советников. Хорошо, что они сторонились наследника, но и без того в нос бил кислый запах пота.

– Владетель поправляется, – объявил Главный ученый. – Легкое недомогание. Ему нужен покой. Никому не входить.

– А мне можно? – робко спросил Шан.

– Да, конечно. – Кайран отступил в сторону, освобождая путь. – Наследнику мы не вправе запрещать.

Шан вошел и прикрыл за собой дверь.

Папа лежал на высокой кровати, среди подушек. На этажерке скопилось множество склянок и бутылочек с разноцветными жидкостями.

В комнате было просторно и пусто. Папа велел вынести всю мебель после смерти жены, кровать заменили. В окно пробивался тусклый солнечный свет.

– Иди ко мне, – позвал отец слабым голосом. – А где твоя сестра?

Наследник пожал плечами:

– Не знаю.

– Снова где-то озорничает. – Говорил он медленно, через силу. – Ты следи за ней.

Шан подошел ближе. Папа выглядел неважно: щеки впали, глаза обесцветились, но бледность… Бледность ушла, уступив место серости.

Шан сел на край и взял отца за руку.

– Как я устал жить в мире лжи… – Папа вымученно улыбнулся. – Ну вот: заговорил как она…

Шан отогнал от себя мысли о прощании отца, ведь Кайран пообещал, что Владетель поправится.

– У нас нет другого мира, – грустно прошептал наследник.

– Есть! – Глаза отца вдруг вспыхнули жизнью. – Другой мир – твоя семья!

Шан сконфузился. Он не понимал, с чему отец завел этот разговор именно сейчас.

– Но ты же не сможешь изолировать семью от внешнего мира, – возразил сын.

– Но попытаться то можно.

Владетель смотрел на сына влажными глазами.

– Как? – Шан был почти уверен, что папа бредит. – Отказаться от власти, денег и суеты городских улиц?

– Сбежать подальше, – продолжил отец, – в глушь, где кроме пары серебряных да крыши над головой у тебя не будет ничего. Обрести друзей, которым от тебя ничего не надо... Кроме дружбы.