Тишина камней

Она не могла понять, как относиться к этой информации: бояться и со всех сил бежать в глубь континента или же отправиться в Гавань, чтобы предупредить Владетеля об угрозе? Поверят ли ей? Скорее всего, нет.

– Тебе нужно переехать подальше от берега, – вдруг, неожиданно для самой себя, выпалила Гаро. – У меня есть запасы хлазы. Много. Я дам. Хватит, чтобы обустроиться и ни в чем не нуждаться.

– О чем ты, дорогая? – Матушка нахмурилась, но от дела не отвлеклась. – Зачем мне уезжать? Я не могу бросить гоэм… А про запасы я догадывалась.

Будь осторожна. Мне ничего не надо.

Зейра сосредоточенно наносила колетки. Изображения, похожие на извивающиеся ленты с вкраплениями звезд и россыпью точек, накалывались на оба предплечья и иногда даже на затылок, с нахлестом на шею.

Гаро слышала, что почти в каждом отряде охотников был обученный ремеслу наблюдатель за падающими каргами, и что лучшие из них наносили татуировки в виде карт местности на все тело. Небогляды – так их называли – представлялись ныряльщице недоверчивыми служителями таинственной секты, а слухи о них ужасали жестокими самоистязаниями.

Говорили, что небогляды могут определить, куда упал карг только во время ужасных болей, а потому они наносят себе глубокие раны, и нередко даже умирают от потери крови, так и не успев поведать о заветном месте.

Конечно, возможная встреча с небоглядом пугала Гаро, но еще больше она боялась за Матушку Зейру.

– Пожалуйста, подумай…

– Не начинай, – отрезала Зейра лан Аска. – И не забудь попрощаться, когда соберешься уходить.

Гаро тяжело задышала. Раздражение от глупого упрямства наставницы запалило немой протест.

Если будет нужно, она притащит Йосель за волосы и заставит заговорить. Если бы только это убедило матушку оставить побережье. В чем Гаро совершенно не была уверена.

Она еле досидела до конца процедуры и, не сказав ни слова, выскочила наружу.

Нари поблескивал за пеленой туч. Жары от него не будет и в полдень: близится сезон дождей – прохладный и пасмурный, – когда воды океана остывают.

В этот раз он совпал с Тишиной. Гаро, как и любая ныряльщица, радовалась бы такому обстоятельству, если бы голова не раскалывалась от забот, связанных с необходимостью побега.

Она примчалась на пустынный берег и, встав – как была босиком – на увязший по самую верхушку крупный голыш, устремила взор на острова, чья чернеющая кромка порой исчезала за очередной волной. Пена всклочивалась у ног и, подхватываемая ветром, размусоливалась по галечному пляжу.