Тишина камней

Возможно ли, что прорицательница с побережья и на него наложила проклятье расхлябанности и трухлявых нервов?

Мальчишка шарахнулся в сторону, когда его дядя пошатнулся, опустил руки и рухнул на пол. Багровая лужица стала выступать из-под головы убитого и стекала в щель между половиц.

– Ты правда что-то умеешь? – спросил Коган.

Мальчик сглотнул, судорожно вытер руки об себя, будто те были испачканы в крови, и несколько раз кивнул.

– Выйдем. – Ког потряс рукой, взял Жнеца со стола и, перешагнув через труп, направился на выход.

По приказу Когана Руда отыскал вещь, принадлежащую кому-то из отряда Косаль Тага. Хозяин "Бочки" убеждал, что данный пояс, усиленный гвиртовой пластиной и оранговыми оберегами, проиграл в карглек щуплый молодой человек, приходящийся Косу родственником.

Вещь передали мальчишке. Тот взял, покрутил так и сяк, даже примерил и вернул, так ни разу и не понюхав.

– Что вы хотите знать? – вдруг спросил он, обращаясь к почти разочаровавшемуся Когану. У мальчика были бледно-голубые глаза, немного косящие, совсем чуть-чуть, но никто из присутствующих не желал задерживать на нем взгляда.

Любой изъян от рождения считался порчей, а любая порча могла с легкостью перекочевать на того, кто станет ей уделять особое внимание. Ребенок с самого начала был обречен на презрение и одиночество. Пото внутренне тянулся к мальчугану, чувствуя родственную душу.

– Куда отправились из Атаранги? Где сейчас? Хоть что-нибудь.

– Для этого мне нужны следы. – И не успел Коган вконец расстроиться, как мальчик, шмыгнув носом, добавил: – И они тут есть.

Он повел охотников за пределы селения, туда, где дорога то терялась среди огромных валунов и шустрых ручейков, то снова появлялась и узкой тропой вела вверх по склону ущелья, ставшему уже пологим.

Пото следил за каждым движением мальца. Как впрочем, не упускал из вида и Руду, и Когана. Юный нюхач перемещался в полуприседе, трогая каждую редкую травинку, поглаживая нагретые солнцем, расколотые гранитные грани.

Нари уже устало клонился к закату.

Мальчик остановился, долго всматривался в горизонт, а потом сел, сложив ноги крест-накрест. Никто его не торопил. Раз терпелив командир, то сдержанными нужно быть и остальным. Правда, Пото сорвался в тесварице, но к тому его сподвигли обстоятельства, оправданные Коганом.

– Их было пятеро, – произнес малец, вытерев грязным рукавом нос. – Делали привал у лесного озера. Там что-то произошло… – Он нахмурился и прикрыл глаза.